Позывной «Душман»

В этот момент с пола поднялся парень и, шатаясь, направился обратно в купе.

– Иван Петрович! Вот этот и его товарищ, который находится в купе сели в Арзамасе. Оба были пьяные. Похоже, пристали вот к этому пассажиру. Он у нас едет от самой Москвы. Он военный. Вот, этот бугай хотел его зарезать, только у его ничего не получилось, – тараторила она.

– Ты можешь говорить чуть медленнее. У меня от твоего треска, уши заложило. Как вы себя чувствуете? – поинтересовался он у Лаврова. – Я начальник поезда. Я уже позвонил в милицию и сейчас к станции подъедет скорая помощь.

– Спасибо. Со мной все хорошо. Я обойдусь и без кареты скорой помощи. Вы лучше окажите помощь вот этим ребятам и сдайте их милиции.

***

Павел вышел из кабинета следователя, в котором пробыл часа два, если не больше. В коридоре отдела милиции его ждала Надежда.

– Ну, как? Все нормально? – спросила она его.

– Все хорошо, Надя. Ты уж меня извини, что втянул тебя в эту историю.

– Да, ты что, Павел.

Я так счастлива, что снова встретила тебя.

Он обнял ее за плечи, и они вышли из здания милиции.

– Лавров! Что тебе сказал следователь? – снова спросила она его.

– Что он может сказать? Сказал, чтобы я по первому его вызову, приезжал сюда, к нему. Ты не поверишь мне Надя, но он сначала не хотел, чтобы я писал заявление. Говорит, вы из разных городов, где я вас буду искать потом?

– А, что, он разве их не арестовал? Они же чуть не убили тебя? Это же не шутка?

– Ты, знаешь, мне сейчас не до них.

Я так счастлив, что снова встретил тебя. Надо же сидели на вокзале, смотрели друг на друга и не могли поверить своим глазам.

Надежда засмеялись и они словно подростки, стесняясь, поцеловались посреди привокзальной площади.

– Ну, что Надя, поедим в Казань на машине? – спросил он ее. – Я сейчас договорюсь. Видишь, стоят частники, стой здесь, я сейчас вернусь.

Павел подошел к группе мужчин толкавших около здания станции и быстро договорился с одним из них.

Они сели в «Жигули» и поехали в Казань. Всю дорогу Павел рассказывал ей о том, как жил после их расставания. Как воевал, как искал ее. Рассказал, что после последнего ранения был уволен из рядов Советской Армии по состоянию здоровья.

– Ты, знаешь Надя, я часто думал, что я буду делать на гражданке. Ты, знаешь, я, кроме того, что воевать, больше ничего не умею. У меня даже гражданской профессии нет.

– Ну и что из этого, пойдешь куда-нибудь учиться.