Под маятником солнца

Он развернулся и одним прыжком сократил расстояние между нами.

Грудь сдавил ледяной страх. Чудовищные размеры зверя ошеломляли. Он повернул ко мне огромную, точно у льва, голову, и его тлеющий взгляд опалил мне душу. Я отшатнулась и почувствовала, как рассыпаются хрупкие пальцы туманного подлеска, старавшиеся схватить и оцарапать меня. Они хрустели под ногами, точно кости.

Туман кишел извивающимися существами. Словно отражение моих беспокойных мыслей, они все наползали и наползали одна на другую, гонялись, кусали за хвосты.

Сквозь клубы тумана мчался всадник на огромном, похожем на коня существе. Он прорезал дымку, точно вуаль.

Я охнула.

Чутье подвело. Слишком потрясенная, чтобы двинуться с места, я наблюдала, как всадник летит на меня.

Зверь поднялся на дыбы, кожистые крылья развернулись, а острые копыта ударили по воздуху. Всадник скатился со спины скакуна, а тот, встряхнув гривой, прогарцевал дальше.

Услышав стон, я пришла в себя. Этот звук был таким привычным, таким человеческим.

Я приблизилась.

На меня снизошло ледяное спокойствие. Теперь я смотрела на свою панику со стороны, словно через зеркало.

– Вам очень больно? – спросила я.

Всадник попытался подняться на ноги, но снова упал.

– Я могу позвать на помощь. Я живу совсем… – Я запнулась и подумала об изменчивом тумане и своей размолвке с мисс Давенпорт.

Клубящаяся тьма между нами удушающе сгустилась вокруг всадника, но и сквозь нее я смутно различала очертания серых рук, смыкавшихся на незнакомце.

– Оставайтесь на месте, – произнесла я с гораздо большей уверенностью, чем на самом деле ощущала, – я приведу вашу лошадь.

Ужас грохотал у меня в жилах. Я побежала успокоить перепуганного зверя. Тот казался вихрем из копыт и крыльев.

И лишь когда моя рука уже коснулась мягкого чешуйчатого носа, я задумалась, отличаются ли животные Фейриленда от тех, что мне привычны.

Схватила поводья и, бормоча какую-то ласковую чепуху, погладила скакуна по гриве, хотя та и вспыхивала пламенем под моей ладонью.

Под моими пальцами раздувались перистые жабры. Можно было на ощупь почувствовать это спокойное дыхание. И свой страх я видела таким же золотоглазым зверем, как тот, которого касались мои руки. Я гладила и гладила диковинного скакуна, и вместе с ним постепенно успокаивался мой собственный ужас.