Все золото мира

Спроси любого, кто усыновил или удочерил ребенка.

Пирс посмотрел на нее в ошеломлении:

– Боже, Никки, извини. Тебя удочерили?

У нее сдавило горло.

– Нет. Нет, меня не удочеряли.

Пирс доел ужин и выпил второй бокал вина, пока доедала Никки. Он вертел пальцами ножку бокала, его лицо было мрачным.

– Я предпочел бы оставить эту тему.

– Ты так говоришь, но проблема тебя гложет. Некоторые вопросы мучают всю жизнь.

Он резко на нее взглянул:

– Похоже, ты эксперт.

Никки пожала плечами:

– Юристы видят многое, что не хотят признавать люди.

Поверь мне, Пирс, нельзя просто закрыть глаза и делать вид, будто ничего не произошло. Рано или поздно ты захочешь получить ответы на свои вопросы.

– И в этом мне поможешь ты. – Пирс резко поднялся, чуть не уронив стул. – Мой кабинет наверху. Скажи, если возникнут проблемы с электронной почтой или принтером. Ты дойдешь сама?

– Да. Я обойдусь без твоей помощи.

Пирс загружал посуду в посудомоечную машину, едва замечая, что делает. Через несколько минут он выяснит, что произошло при его рождении.

Еще несколько недель назад он считал, что самое страшное в жизни – смерть отца. Теперь он вынужден был признать, что есть вещи и пострашнее.

Он отвлечется, если станет заигрывать с Никки и закрутит с ней непродолжительный роман. Но она заслуживает лучшего. Пока он не разберется со своими проблемами, ему следует держать себя в руках.

Желание прикоснуться к ней может вскоре перерасти в одержимость. Даже в такой отнюдь не сексуальной обстановке, пока обрабатывал ее ногу, Пирс сходил с ума от запаха Никки, ее мягкой кожи и стройного тела.

Она очень женственная. Хотя Никки считает себя сильной и независимой и отказывается признать, например, что мужчине сподручнее поднимать тяжелую мебель, чем ей.

Пирс резко повернул голову, услышав шаги Никки на лестнице.

– Ну?

Она подняла пачку бумаг:

– Это займет время.

Вздохнув, он протянул ей руку и повел к дивану.

– Тогда давай начнем. Чем раньше я узнаю, тем лучше.

 – Внезапно его осенило. – Я оплачу твое время.

– Ты помог мне идти, забыл?

– Мы договаривались о том, что я помогу тебе переехать, а ты назначишь мне еще одну встречу.

От ее ослепительной, дразнящей улыбки у него скрутило живот.

Поджав правую ногу, она осторожно присела:

– Давай назовем нынешнюю встречу благотворительной консультацией. Меня заинтересовало твое дело. С полудня сегодняшнего дня я в отпуске на шесть недель.

– Ты ничего мне не должна.