Тирольский оборотень. Книга 1. На тропе волка

– Ты серьезно?

– Ага, – киваю я. – Тут всё работает: и электричество, и водопровод.

С этими словами я беру электрический чайник, открываю кран, и холодная прозрачная струя хлещет в раковину. Наполняю чайник и включаю в розетку.

– Круто, – говорит она.

– А то, – хмыкаю я. – Какой будешь чай?

Я вытаскиваю из-под прилавка коробку с пакетиками разных сортов чая и ставлю перед ней.

– Я знаю, ты любишь с мятой, – говорю я, показывая на зеленые пакетики, – но в коробке только один сорт таких.

Она листает чайные пакетики:

– Тут есть твой любимый с бергамотом.

– Угу, – киваю я.

И она вытаскивает два голубых пакетика.

– Я тоже буду с бергамотом, – говорит она.

– Представляешь, в русском языке слово «бергамот» схож со словом «бегемот», ну, гиппопотам, значит. И они часто специально неправильно говорят – «чай с бегемотом», чтобы смешно звучало, – рассказываю я, беря с подноса стаканы.

Раньше для чая были кружки, но похоже хозяева забрали их, оставили только стаканы. Кто знает почему так решили.

– Как забавно, – смеется она. – Откуда ты об этом знаешь?

– Ну, у меня сейчас полно времени, изучаю всего понемножку через Интернет, – поясняю я.

Вскрываем голубые квадратики и бросаем в стаканы чайные пакетики. Она добавляет ещё сахар в свой, а я нет, не люблю. Чайник щелкает, и я разливаю кипяток. Ждем, когда заварится.

– Будешь печенье? – спрашиваю я, снимая с большого блюда стеклянный колпак.

– Нет. – Она качает головой.

– Оно не испортилось, просто подсохло, стали сухарики, – поясняю я, беря одно твердое круглое печенье.

– Нет, спасибо, я не хочу, – улыбается она.

– Ладно.

Я пробую его на зубок, оно совсем зачерствело.

– Ты можешь размочить его в чае, – советует она.

Что я и делаю, по вкусу вроде ничего, есть можно. Во время чаепития находим спокойную тему для разговора, не ссоримся, не укоряем друг друга, она часто улыбается. Мне хорошо с ней, не хочется её отпускать.

Потом я ополаскиваю стаканы и ставлю их снова вверх дном на поднос.

– Так необычно – никого тут нет, только мы одни – волшебно, – таинственным голосом произносит она, когда мы доходим до полутемного коридора.

Я толкаю первую попавшеюся дверь и завожу её в номер. Она с любопытством разглядывает комнату.

– Никогда не была в гостиничных номерах. Хотя у нас вся коммуна в отелях, – признается она.

Комната обычная, как и во всех небольших отелях Австрии.