Конец Пиона

Солдаты подняли его с пола и усадили на табурет. Снова посыпались вопросы. Со стороны можно было подумать, что они задавались как-то бессистемно, однако это было совсем не так. Каждый вопрос встраивался в определенную систему, и ответы на них давали возможность судить об искренности допрашиваемого человека. Тарасов лихорадочно прокручивал в голове свои ответы и никак не мог понять, почему они не устраивают этого офицера в черном мундире. Наконец офицер замолчал и, собрав со стола исписанные листы, вышел из комнаты.

Вскоре он вернулся в сопровождении грузного офицера вермахта. Тот внимательно посмотрел на окровавленное лицо Тарасова и, сев на краешек стола, задал вопрос:

– Скажите, Тарасов, почему вы не хотите помочь немецкой армии в борьбе с коммунистами? Вы – коммунист, еврей или ненормальный?

– Извините меня, господин офицер, но я не понимаю вашего вопроса, – ответил Александр, удивляясь тому, как хорошо этот немецкий офицер владеет русским языком. – Я уже ответил на все вопросы вашего офицера.

Что вы еще хотите от меня? Я больше не хочу воевать ни за красных, ни против них. Я просто хочу жить, господин офицер. Неужели вы этого не понимаете?

Тот усмехнулся и посмотрел на офицера в черной эсэсовской форме.

– Так не бывает, Тарасов, – снова произнес он. – Как сказал кто-то из ваших классиков: тот, кто не с нами, тот против нас. Поэтому я хочу услышать от вас ответ, от которого будет зависеть, останетесь вы в живых или вас сейчас расстреляют как советского шпиона.

В комнате повисла тишина.

Александр хорошо слышал, как хрипло дышит стоявший в стороне переводчик. Тарасов моментально вспомнил слова своего инструктора, что он не должен торопиться с ответом на подобный вопрос.

– Господин офицер, у меня в Казани семья – жена и ребенок. Что будет с ними, если они узнают, что я дал согласие помогать Германии?

Немец громко засмеялся и посмотрел на эсесовца.

– Если вы сами, Тарасов, никому не расскажете, то никто и никогда не узнает об этом. Вы меня поняли?

– Понять-то понял, вот смогу ли я? Вы знаете, образования у меня всего-то три класса.

Вам ведь, наверное, нужны умные, грамотные люди?

Немец снова усмехнулся и что-то сказал офицеру в черной эсесовской форме. Лицо того сразу стало добродушным. Он достал из кармана кителя сигареты и протянул Александру. Но тот не стал их брать.

– Нам нужна ваша верность, а не образование, Тарасов, – продолжил офицер. – Так что, вы готовы?

– Мне надо немного подумать.