Конец Пиона

«На сантиметр ниже – меня бы уже не было на этом свете», – подумал он.

Тарасов громко выругался и еще интенсивнее заработал локтями и коленками. Через мгновение он оказался рядом с немцем, который что-то стал ему говорить и показывать рукой в сторону опушки леса.

– Иван, что он говорит? – спросил Александр у Проценко, который оказался рядом с ним.

– Похоже, предлагает нам ползти в сторону леса, – ответил тот.

Развернувшись на месте, они поползли в сторону немецких позиций. Когда добрались до траншеи, их тут же обыскали и, отобрав табак и спички, повели вглубь обороны.

– Курт! Погоди! – выкрикнул какой-то гитлеровский солдат, сидевший на снарядном ящике около дерева. – Ты куда ведешь этих русских? Смотри, какие у них теплые полушубки. Пусть снимают, думаю, что они им уже не понадобятся.

Под смех и шутки солдат их заставили снять полушубки, валенки, а взамен бросили какие-то старые вещи.

– Давайте, быстро одевайтесь, русские свиньи, – выкрикнул конвоир на ломаном русском языке.

Они быстро надели на себя все это рванье, чем снова вызвали дружный хохот у немцев.

– Смотрите! Они оба похожи на клоунов из цирка, – выкрикнул один из солдат и швырнул в их сторону пустую банку из-под консервов.

Конвоир толкнул их в спины стволом автомата и повел дальше.

– Вот тебе, Иван, и теплый дружеский прием, – проворчал по-стариковски Тарасов, шагая по утоптанной десятками немецких сапог дороге.

***

– Как ты думаешь, немцы нас не расстреляют? – поинтересовался Александр у Проценко.

– А за что они должны нас расстрелять, Саша? Ты не комиссар, не еврей и не командир Красной Армии, а я – тем более. Мне бы только увидеть офицера и передать ему весточку для полковника.

Тарасов, словно не слыша ответа Ивана, продолжил:

– Ну, мало ли за что они могут это сделать. Что для них человек? Нажал на курок, и нет человека. И твой полковник не поможет нам в этой ситуации.

– Ты не бойся, Саша, я тебя не брошу. Главное – мы уже у немцев.

Сильный удар прикладом по спине заставил Проценко замолчать. Для большей убедительности солдат передернул затвор винтовки.

– Сволочь! – с нескрываемой злостью произнес Иван и сплюнул на снег. – Попался бы ты мне в другом месте, посмотрел бы я, чего ты стоишь.

Холод все больше начинал донимать их, заставляя все быстрее двигаться по дороге.