Библиотека в Париже

Каждый франк представлял собой победу, когда я отвечала на какой-то вопрос; смущение – если путалась, и целые дни разговоров на чужом языке, и ночи чтения, чтобы знать, как и кому можно рекомендовать какую-то книгу… Я знала, что полюблю свою работу, но была удивлена тем, сколько в ней оказалось разного рода трудностей.

Я спрятала деньги в карман. Вот это и было настоящей причиной того, почему я хотела найти работу: деньги означали уверенность. Я не желала закончить свою жизнь в нищете и одиночестве, как тетя Каролина.

На другой день я отправилась в банк и положила свои деньги на счет, оставив лишь несколько франков на расходы. Потом я пошла на вокзал, чтобы купить два билета до Фонтенбло, – это в знак благодарности Реми за его постоянную поддержку. Больше музыки и книг он любил бродить по лесу. Я хотела преподнести ему подарок за ужином, но он лишь слегка перекусил и сбежал в свою комнату.

– Он вообще уже ничего не ест, – заворчала маман.

 – Ему не нравится, как я готовлю?

Папа? сжал ее пухлую руку:

– Все очень вкусно!

– Но в последнее время ты предпочитаешь ужинать вне дома, – резко откликнулась она.

– Ну что ты, Гортензия! – льстиво пробормотал отец.

– Почему бы тебе не пойти проверить, как там Реми? – обратилась маман ко мне.

Брат сидел за своим письменным столом, перед ним лежали газеты. Я вручила ему билеты, думая, что он захочет, чтобы мы поехали сразу.

Но он лишь рассеянно чмокнул меня в щеку. Он все больше и больше отдалялся. Даже когда он был с нами, его не было. Я скучала по нему. Он и сейчас ничего не сказал, хотя и не вернулся к своим заметкам.

– Ты сегодня был на занятиях?

– Какой смысл изучать законы, если их никто не уважает? Германия захватывает Австрию… Японские солдаты мародерствуют в Китае… Мир сошел с ума, и никому нет до этого дела!

В каком-то смысле он был прав. Хотя мне перепалки между нашими читателями казались куда более реальными, чем далекие конфликты.

Припоминая последний спор, я схватила со стола обрывок бумаги и приложила к своему горлу:

– Это мистер Прайс-Джонс в шотландском галстуке-бабочке. – Я перенесла бумажку ко рту. – А это мистер де Нерсиа с моржовыми усами.

Галстук-бабочка: «Необходимо перевооружение! Мы должны быть готовы к войне!»

Усы: «Нам нужен мир, а не лишнее оружие».