На Другой стороне. Восхождение

Оставив странно сияющую желтым светом ткань на убитом, поддавшись сильному бессознательному волнению, Шамир надел на лицо цветную маску и направился к окраине оазиса, где стоял один из пяти музыкантов с волшебным рогом. Подойдя ближе, Шамир увидел впереди себя других стражников в черном и поспешил к ним, спешно заговорив:

– Я заметил среди тех, кто идет к Черному Сердцу, подозрительных эна. Они носят белые талисманы, это знак эферья! Их десятки! – сказал Шамир. Стражники Черного Сердца побежали ко входу в пещеру, оставив музыканта без присмотра.

Шамир подступил к музыканту, словно сменяя удаляющийся караул, и когда почувствовал в себе достаточно уверенности, напал на него в открытую, выхватив рог. Неожиданно земля вновь задрожала из-за прерванной мелодии, звука четырех волшебных рогов было недостаточно, чтобы держать оазис открытым, а вместе с ним – и вход в пещеру: она начала проседать еще глубже в землю. Служащая сводом песчаная корка растворилась, а сама пещера стала заполняться песком, подобно воде в чаше, погребая под собой Черное Сердце.

Арья в панике закричали, песок поднялся в воздух, оазис также начал растворяться на глазах.

«Алия!» с ужасом произнес про себя Шамир, ринувшись было назад к пещере. Сзади на него неожиданно напал музыкант, желая вернуть себе рог. Арья ринулись спасать свои жизни, выискивая родных и близких в страшной суматохе. Воспользовавшись всеобщей паникой, Шамир отбился от музыканта и ринулся в толпу, скинув с себя черные одежды.

– Алия! Алия! Где ты? – кричал он, пытаясь найти жену среди разбегающихся и разлетающихся в разные стороны арья.

– Шамир! – закричал кто-то сбоку, и Шамир увидел Алию и Икрама в окружении городской стражи Динео. – Шамир, сюда!

Шамир подбежал к Алии, крепко ее обняв.

– Улетаем! Скорее! Назад, в Динео! – приказал Икрам, и стражники Динео послушно взмыли в небо, чтобы расчистить путь для старейшины и его семьи.

***

Неторопливо ступая по винтовой лестнице в королевском замке, Амадей учтиво кивал на приветствия проходящих мимо прислужников. Порой глядя в высокие окна, Амадей любовался пейзажем Сердца Басилеи.