Человек из ниоткуда

Страх застрять здесь навсегда, страх, что на нас нападут ядовитые насекомые, или того хуже – дикие звери. Хотя, что хуже, это ещё – большой вопрос.

Посмотрев друг на друга, мы увидели эти страхи, по выражению наших лиц.

– Будешь пить? – спросил неожиданно Патсторс.

– Нет, – тихо произнесла я, работая с голограммером.

– А'ника, – давай фиксируй всё на разных расстояниях, и сваливаем отсюда домой, – тревожно прошептал Патсторс.

– Да, – ответила я профессору, будучи, как всегда, солидарна с ним.

Я стала медленно поворачиваться вокруг себя, и фиксировать данные трёхмерного изображения на разных расстояниях.

Сначала на расстоянии нескольких метров, затем, нескольких десятков метров, сотен, и нескольких километров, насколько позволяла модель данного голограммера.

Пока я фиксировала данные, нас стали замечать местные насекомые, и животные, и птицы, обращая на нас всё больше внимания.

– Да, Патсторс, – повторила я. – Нужно улетать. Людей здесь, скорее всего нет.

В эту минуту небольшая птичка (я её в тот момент восприняла как птичку, хотя и не знала, можно ли её с полным основанием причислить к классу птиц, теплокровных яйцекладущих позвоночных) спикировала из темноты прямо нам под ноги.

Откуда она взялась? Крошечная, размером точь-в-точь – воробей, она села на землю между мной и профессором. Ночь, темнота, ветер. И птица.

Я вспомнила, как в детстве читала рассказы о животных, написанные искусственным интеллектом по мотивам творчества известных писателей. Программа брала всё самое лучшее из того, что написали писатели-люди, и компилировала в совершенно захватывающие рассказы.

К чему это воспоминание мне сейчас, в пяти миллионах лет от дома? Совершенно не вовремя, – подумала я, наклонилась и взяла птичку в руку.

– А'ника, что ты делаешь? – голос Патсторса звучал довольно нервно.

– Беру образец местной фауны. Ты же помнишь, что кротовина закрывается через пару часов. Причём, из этой пары часов мы уже потратили минут сорок. А нам ещё возвращаться. Давайте возьмём птичку!

– А'ника, ты даже не представляешь себе, какие организмы мы можем привезти домой.

Вирусы, бактерии, простейшие…

Я скорее почувствовала, чем увидела, что профессор уже согласился взять птицу, а спорит просто по инерции.

– Она пройдёт карантин. Процедура отработана. Пойдём, не будем терять времени.

Я шагнула ко входу в лётку. Мы уселись, и птичка (или она, пока не ясно) с готовностью порхнула на спинку кресла. Я активировала Сардию для полёта.