Последнее фото

Внешне на дерево он, конечно, не походил, зато обладал несгибаемым характером. Благодаря чему и топтался последние пять лет в одной должности. По долгу службы ему пришлось вмешаться в это мистическое дело. Хотя, как ему казалось, достаточно было приставить к ателье городового – на эту роль быстро нашелся нужный человек – и следить за порядком.

Но плюнуть на жалобы граждан Лаврентий Павлович не мог. Многие несчастные, кому отказал Мастер, обвинили фотографа в мошенничестве. К сорока годам Лаврентий Павлович уяснил одно – лучше быстро потушить маленький огонек, чем потом безуспешно бороться с пламенем.

Так что оставалось либо уличить Мастера в обмане, либо успокоить обиженных граждан.

Сидя в кресле, Лаврентий Павлович мирно дремал, однако глаза под прикрытыми веками внимательно следили за каждым посетителем. Когда в комнату вошел начальник почтовой службы, Лаврентий Павлович открыл один глаз и приветливо улыбнулся.

Ждать предстояло недолго. Всего шесть человек. При том что писатель и полицейский вряд ли собираются участвовать в сеансе.

Потому ждать предстояло не дольше часа. Георгий Александрович сел в свободное кресло и закрыл глаза. Присутствие полицейского подкинуло дров в небольшой огонек, греющий сомнения внутри. Но нахождение здесь писателя, который наверняка поверил в подлинность снимка, окончательно затушило его.

В зал вошла Людмила Матвеевна. Она проводила Лаврентия Павловича в отдельный кабинет, где они бы могли поговорить наедине. У околоточного был ряд вопросов не только к самому Мастеру, но и к каждому участнику его команды.

– Десять минут, и Мастер вас примет, – строго обратилась дама к писателю и редактору.

– Мы не спешим, – мягко ответил Петр Алексеевич и улыбнулся.

Спустя пять минут из коридора выскочил мужчина. Волосы на голове стояли дыбом. На вид ему было не больше сорока, но сильные мешки под глазами накинули по меньшей мере еще пятерку. Одет он был неподобающе. Ночная рубаха, небрежно заправленная в брюки, торчала со всех сторон. Каждый взмах руки взбалмошного типа оголял его поросшее редкими волосками пузо.

Мужчина кричал и молил не выгонять его.

– Прошу! Сжальтесь! Спасите! Он желает мне смерти! Он приходил!

Мужчина подскочил к Петру Алексеевичу, чем сильно напугал его.

– Я видел призрака! Он вчера навестил меня! Возник за тюлем и позвал за собой! Я верю, что это дурной знак! Верю, что не проживу и ночи!

Из другой двери показался невысокий коренастый парень, одетый во фрак, – лакей Яков.