Персона нон грата

Он мгновенно уснул и видел во сне много такого, чего не существует в природе и чего не видывали человеческие глаза.

А утром долго не мог понять, где находится и что с ним такое приключилось. С удивлением рассматривал тесный закуток и всё надеялся, что безрадостная картина вдруг исчезнет, растворится как ночной кошмар. Но всё было взаправду. Андрей стянул с себя какую-то рвань и сел относительно прямо. В затылке сразу застучали молоточки, всё поплыло перед глазами. Он зажмурился, пытаясь превозмочь головокружение.

– Что, головка болит? – послышалось сбоку. Андрей обернулся на голос. Старик лежал в самом углу, заложив руки за голову. – Это у тебя с непривычки. Поначалу у всех так бывает. А потом привыкают. Человек – это такая тварь, прости господи, ни одно животное с ним не сравнится по части выпивки. И по другим частям тоже….

В голове постепенно прояснивалось. Андрей начал кое-что припоминать.

– Послушайте, – начал неуверенно, – вы вчера, кажется, сказали, что можете вылечить меня.

– Ерунда всё это, – отмахнулся старик, не дослушав. – Это я тебе спьяну наболтал. Ничего не выйдет.

По тому, как это было сказано, Андрей понял, что старик действительно знает что-то важное, вот только не хочет сказать. Вчера хотел, а сегодня передумал.

– Всё это бред собачий, – добавил старик, заметив его сомнения. – Ты и сам не захочешь этим заниматься. Уж лучше здесь умереть. Так спокойнее, и хлопот меньше.

– Здесь я не останусь.

Старик с удивлением посмотрел на него.

– Не останешься? Ну гляди, дело твоё. Только куда ж ты пойдёшь такой?

– В клинику вернусь.

– Вот уж нет! – закричал старик, вскакивая. – Ты им такой подарок сделаешь! Вот, мол, больные сами к нам приходят, просят умертвить себя. Им же только этого и надо! Не-е-ет. В клинику ты не пойдешь. Я тебе не позволю!

Андрей с удивлением смотрел на расходившегося старика.

– Чего ты лыбишься? Я тебе дело говорю! В общем так, не хотел я этого, но видно, придётся сказать.

Он вдруг перегнулся через перегородку и крикнул в темноту:

– Милана! Подь-ка сюда, дело есть!

Спустя минуту через барьер перевалилась женщина неопределенного возраста – низенькая, сутулая, с обезьяньим лицом и одетая абы как. Она сделала шаг и остановилась, затравленно посмотрела на старика.

– Вот, – молвил тот, показывая на неё рукой.