Персона нон грата

Ведь можно было открыть раму обычным порядком, избегнув ненужного шума. Сознание его то затмевалось непроницаемой пеленой, то вдруг озарялось ясным светом, и тогда он мог рассуждать спокойно и взвешенно. Смахнув с подоконника осколки, Андрей разомкнул шпингалеты и распахнул створки наружу. Перегнулся через подоконник. Окно выходило на обратную сторону здания; впереди расстилался пустырь, вдали смутно маячила ограда из высоких стальных прутьев. Андрей ещё раз посмотрел вниз. Но в темноте ничего нельзя было рассмотреть.

Быть может, там была клумба с цветами. Он прыгнет на нее и даже не ушибется. А если там бетонные плиты, да ещё какая-нибудь хитроумная ступенька? Малейшей неровности будет достаточно, чтобы подвернуть ногу. Или даже свернуть шею – но это если уж очень сильно повезёт. Андрей поднял голову и увидел тяжёлую портьеру, свисавшую с потолка. Решение созрело мгновенно: он схватил двумя руками нижний край портьеры и с силой дёрнул на себя – плотная ткань всей массой обрушилась ему на голову. Кое-как выпутавшись, опустил один конец за окно, а другой зажал между подоконником и рамой. Потом взялся крепко за портьеру и, оборотившись к окну спиной, лёг животом на подоконник и стал медленно сползать в пустоту. Он уже почти касался ногами земли, когда портьера, не выдержав веса, сорвалась. Лететь было недалеко, и Андрей даже испытал разочарование, что всё так быстро закончилось. Под ногами и в самом деле оказался бетон. Тяжёлая штора бесформенной кучей лежала среди битого стекла. Андрей собрал её в охапку и быстрым шагом пошёл прочь от здания – прямо на частокол из прутьев, выступающих из тьмы подобно копьям сказочных богатырей, охраняющих это совсем не сказочное царство. Не то, чтобы он хотел оставить себе что-нибудь на память об этом приключении – тяжёлая портьера нужна ему была для другого. Когда Андрей приблизился к частоколу, он вполне оценил свою предусмотрительность. Острия имели устрашающий вид, Андрею живо представилась ему картина окровавленного тела, нанизанного на металлический штырь. Но выбора у него не было. Сложив ткань пополам, он прицелился и перебросил половину портьеры на другую сторону. Затем ухватился за холодные стальные прутья, сделал глубокий вдох и резко подтянулся… Он плохо помнил, как оказался на другой стороне. Отпечаталась в памяти отчаянная борьба на самом верху, когда он судорожно цеплялся за трёхгранные острия и всё ждал, что сейчас полетит головой вниз.