Город вечной ночи

Она пыталась обвинить Озмиана в том, что он ее избил, но доказать избиение в суде не смогла. В конечном счете она подала на развод и отсудила у него девяносто миллионов, что было непростой задачей, даже если бы он был триллионером.

Брайс подался вперед и добавил сострадания в голос:

– Как ужасно это было для вас!

– Я должна была догадаться с самого начала, ведь моя малютка Пуфи укусила его, как только увидела. А потом…

– Я вот думаю, – мягко продолжил Брайс, направляя разговор в нужное ему русло, – не могли бы вы рассказать мне о его отношениях с дочерью, Грейс.

– Как вы знаете, она его дочь от первого брака. Не я ее родила, тут можете не сомневаться. Грейс – ну и имечко![6 - Имя Грейс (Grace) в переводе с английского означает в том числе «милосердие», «благодать».] – Изольда ядовито рассмеялась. – У нее с Озмианом были тесные отношения. Одного поля ягода.

– Насколько тесные?

– Он избаловал ее до невозможности! Во время учебы в колледже она только и делала, что убивала время на вечеринках, а диплом получила лишь благодаря тому, что папочка подарил колледжу новую библиотеку.

Потом она отправилась в большое двухгодичное путешествие по Европе – путешествовала из спальни одного европейского бездельника в спальню другого. Год околачивалась на Ибице. Затем вернулась в Америку, прожигала папочкины деньги, поддерживала экономику Колумбии, потребляя, наверное, половину ее национального ВВП.

Это было что-то новенькое. Во время развода пресса более или менее воздерживалась от интервью с дочерью.

Даже «Пост» не хотела втягивать ребенка в такой развод. Но теперь Грейс была мертва, и Гарриман чувствовал, что его репортерский радар улавливает сигналы большой удачи.

– Вы хотите сказать, у нее были проблемы с наркотиками?

– Проблемы? Да она была наркоманкой!

– Просто пользовалась иногда или сидела на них?

– Дважды проходила реабилитацию в этом местечке для знаменитостей в Ранчо-Санта-Фе, как там оно называется? «Нехоженая дорога». – Она издала еще один издевательский смешок.

Мартини в ее стакане не осталось, и дворецкий принес еще порцию, хотя она и не просила, а пустой стакан забрал.

– А о каком наркотике вы говорите? О кокаине?

– Да обо всех сразу! И Озмиан позволял ей! Потакатель худшего сорта. Ужасный отец.

И тут Гарриман подошел к главному пункту дела:

– Не знаете ли вы, случайно, миз Озмиан, чего-нибудь такого из прошлого Грейс, что могло бы привести к ее убийству?

– Подобные девицы всегда плохо кончают.