Пока подружка в коме

Около моего «датсуна» Венди и Пэм склонились над осевшей на землю Карен.

– Ричард, – сказала Венди, – Карен отключилась. Мы всего-то пару глотков тяпнули, а с ней – смотри сам, что творится. Вообще это на нее не похоже. Пэм, притащи какое-нибудь одеяло. Ричард, ее нужно отвезти домой. Лайнус, привет. Как тебе эта… ну, вечеринка!

– Погром! – ответил за друга Гамильтон.

Я не на шутку заволновался: чтобы Карен отключилась с двух легких коктейлей? Выглядела она вроде нормально, но что-то было явно не так. Нет, ее не тошнило, ничего такого, просто слабость и побледневшее лицо.

Говорить с ней оказалось бесполезно. Она почти спала, не пытаясь ни вымолвить хоть слово, ни кивнуть, ни посмотреть в глаза. Чтобы скрыть накатывавшую на меня панику, я с напускным равнодушием сказал:

– Поехали к ней. Ее родителей нет дома, мы спокойно уложим ее спать, а сами посмотрим телевизор, да и за ней последим. Скорее всего ничего серьезного…

– Всё идиотские диеты, – сказала Венди. – Наверное, ее просто срубило после такой нагрузки.

Шутка ли – кататься на лыжах, проголодав перед этим несколько дней.

– Поехали, – согласилась Пэм, – как раз успеем к «Субботнему вечеру» по ящику.

Мы с Венди положили Карен в «датсун», ее кожа покрылась испариной, но ничего подобного ознобу заметно не было. Наша маленькая автоколонна направилась к дому Карен – через один от моего собственного. Я сам отнес ее на руках внутрь, снял с нее куртку, разул и уложил на кровать. На всякий случай я решил укрыть ее еще одним одеялом.

Вроде бы все шло нормально. Ну, упала девушка в обморок, так ведь и досталось ей сегодня…

Мы вернулись в гостиную как раз к началу «Субботнего вечера». Венди успела поджарить попкорна на кухне, мы уселись в мягкие кресла и стали смотреть шоу, открывавшееся выступлением какого-то юмориста. Гамильтон, понимая, что проигрывает телевизору, попытался вновь переключить наше внимание на себя, рассказывая «аппетитные» истории про нарывы да фурункулы и выдавая весьма посредственные похабные анекдоты.

Мы порекомендовали ему заткнуться.

Лайнус, согнувшись в три погибели, рассматривал стоявшую под елкой среди подарков кроваво-красную комнатную пуансеттию. Он рассказывал нам о сетке сосудов в ее лепестках, восхищался клеточной структурой ее стебля и листьев. По ходу дела он объяснил, почему корни можно сравнить с электропроводами и что фотосинтез – это наиболее самодостаточная и эффективная из всех возможных систем, преобразующих энергию Солнца.