В погоне за счастьем

– Автор одной умной мысли? Не думаю.

– А я знаю.

– Нет, ты не можешь знать, ведь ты не видел ничего из того, что я написала.

– Покажешь мне что-нибудь?

– Да вряд ли тебе понравится.

– Похоже, ты разуверилась в себе.

– Да нет, в себя я верю. Но только не как в писателя.

– И на чем основана твоя вера?

– Моя вера?

– Да. Во что ты веришь?

– Ну это слишком емкий вопрос.

– Ответь коротко.

– Что ж, попробую… – сказала я, вдруг ощутив прилив вдохновения (спасибо выпитым «Манхэттенам»).

 – Хорошо… прежде всего и самое главное, я не верю ни в Бога, ни в Иегову, ни в Аллаха, ни в Ангела Морони, ни даже в Дональда Дака.

Он рассмеялся.

– Хорошо, – сказал он, – это мы выяснили.

– И при всей своей любви к родине я вовсе не собираюсь захлебываться в патриотизме. Оголтелый патриотизм сродни религиозному фанатизму: он пугает меня своим доктринерством. Настоящий патриотизм спокойный, осознанный, вдумчивый.

– Тем более если ты принадлежишь к новоанглийской аристократии.

Я хлопнула его по руке:

– Ты прекратишь это?!

– Ни в коем случае. Но ты уклоняешься от ответа на вопрос.

– Потому что вопрос слишком сложный… да и напилась я что-то.

– Не думай, что я позволю тебе воспользоваться этой уловкой. Обозначьте свою позицию, мисс Смайт. Итак, во что вы верите?

После короткой паузы я услышала собственный голос:

– В ответственность.

Джек опешил:

– Что ты сказала?

– В ответственность. Ты спросил, во что я верю. Я отвечаю: в ответственность.

– О, теперь понял, – произнес он с улыбкой. – Ответственность. Великая идея. Один из краеугольных камней нашей нации.

– Если ты патриот.

– Я – да.

– Я уже догадалась. И уважаю тебя за это. Честно. Но… как бы так сказать, чтобы это не прозвучало глупо? Ответственность, о которой я говорю, в которую искренне верю… знаешь, наверное, это прежде всего ответственность перед самим собой. Я действительно не так много знаю про жизнь, я не путешествовала, не занималась чем-то по-настоящему интересным… но, когда я наблюдаю за тем, что происходит вокруг меня, прислушиваюсь к тому, что говорят мои современники, я понимаю, что мне предлагают готовые рецепты решения жизненных проблем.

Ну, скажем, что к двадцати трем годам непременно нужно выскочить замуж, чтобы не думать, как заработать на жизнь, какой выбрать путь, даже как проводить свободное время. Но меня пугает перспектива доверить собственное будущее другому человеку.