Особые отношения

– Этот тип в жизни не бывал в Пакистане, – сказал Карим. – И даже не думайте, что он вам хамит потому, что вы его чем-то обидели. Он со всеми так себя ведет, без всяких причин. Просто грубиян и поганец, вот и все тут.

В отличие от мистера Нура Карим всегда вставал с той ноги. Даже когда стоял собачий холод и дождь неделями лил как из ведра, а все интересовались друг у друга, выглянет ли когда-нибудь солнышко, Кариму удавалось оставаться приветливым. Может, отчасти все объяснялось тем, что дела у них с братом Фейзалом шли хорошо – кроме этого магазина у них в Южном Лондоне имелось еще два, и они планировали расширять свой бизнес.

На другой день после похода на Ибсена я не пошла в магазин Карима, там мне ничего не было нужно – так что первым, с кем я столкнулась в то утро, был Чертов Мистер Нур. Он пребывал в обычном своем искрометном настроении.

– Как вы сегодня себя чувствуете, мистер Нур?

– Один фунт десять, – проронил он, не глядя на меня.

Не сводя с него глаз и не торопясь расплачиваться, я повторила свой вопрос:

– Как вы себя сегодня чувствуете, мистер Нур?

– Один фунт десять, – повторил он раздраженно.

Я продолжала улыбаться, твердо вознамерившись добиться от него вежливого ответа.

– У вас все в порядке, мистер Нур?

Он молча протянул руку за деньгами.

– У вас все в порядке, мистер Нур?

Он шумно вздохнул:

– Все нормально.

Я одарила его широкой ослепительной улыбкой:

– Рада это слышать.

Я расплатилась и кивнула на прощание. За мной стояла женщина лет сорока пяти, державшая в руке «Гардиан». У выхода из магазинчика она меня нагнала.

– Какая вы молодец, – сказала женщина. – Без вашей помощи он бы еще долго на это не решился.

Протянув руку, она представилась:

– Джулия Франк. Вы, кажется, живете в доме двадцать семь?

– Да, – ответила я и назвала себя.

– Ну а я от вас через дорогу, в тридцать втором. Приятно познакомиться.

Я бы, конечно, остановилась и поддержала разговор, если бы не торопилась на интервью с бывшим членом ИРА[14 - ИРА – Ирландская республиканская армия.], который стал писателем-романистом, поэтому я только сказала: «Может, заглянете как-нибудь на огонек».