Чертова Дюжина. Книга Вторая.

Живите, ради себя, ради детей и памяти светлой о покойном, тем более вам есть, за что его уважать.

Женщина заплакала и закивала головой, что да, так все и есть. Я не стала говорить вслух, но показывал расклад, что дети были не от покойного мужа, от этого родня его и злилась на нее.

– Я ответила на ваш вопрос? – спросила Я, собирая колоду.

– Сколько Я вам должна?

– Ничего. Просто пообещайте, что будете следить за своим здоровьем. У ваших девочек, никого кроме вас нет или вы хотите, чтоб они в мурманский интернат пошли? – строго сказала Я.

– Нет, нет, поняла все. – Женщина вытерла рукой слезы. – Спасибо Вам.

– Спокойной ночи. – Закуривая, сказала Я.

– Спокойной ночи. – прошептала она и скрылась в темноте.

***

– Значит вот, нашлись какие-то родственники. Им отправили письмо. – Воодушевленно говорила высокая тетя.

– Тааак, ииии? – не отрываясь от документов, ждала продолжения тетя с начесом на голове.

– Согласны принять.

–Хорошо. Где?

– Далековато. УССР. Киев. Ну, даже не Киев, но рядом.

– Так даже лучше. Там теплее. Фрукты. К Крыму ближе. Одна из девочек не блещет здоровьем, болезненная такая. – И тетя с начесом, покосилась на Ляльку. – Глаз, тоже ей там доделают.

Девочки слушали и дрожали от страха. Нюся старалась не заплакать, а Лялька постоянно поправляла повязку на глазу, ей веко подтягивали.

– Главное, чтоб люди, хорошие оказались. – Вздохнула высокая тетя.

– Это да, это да.

– Ну что? Тогда готовим документы?

– Готовьте.

Спустя месяц, сестренки сидели в кресле самолета.

Это был не первый их полет, но сейчас они летели сами, без родителей. Их передавали под присмотр, со специальным пакетом документов. Какие-то тети и дяди, их должны были встречать, проводить на пересадку в другой самолет, а там в каком – то неизвестном Киеве, их встретят уже другие тети и дяди. А пока, большую папку, с важными бумагами, забрала красивая тетя стюардесса.

Кошку Аньку, им так и не разрешили забрать, но о ней обещали заботиться и девочи верили.

– Нюсь, не хочу уже ее, чешеться. – Пожаловалась Лялька сестренке и сняла ненавистную повязку с глаза.

– Ой, Ляль, там все хорошо. Глаз открылся! – взвизгнула Нюся. Лялька посмотрела в эллюминатор самолета, там, в отражении на нее смотрела девочка, у которой глаза были почти одинаковые, почти, один только немного удлиненный, а другой, просто чуть-чуть круглее, но веко было не вывернуто. А кучерявые черные волосы, отрастали у обеих синхронно.