Чертова Дюжина. Книга Четвертая

А пассажир, тем временем не унимался, чувствовалось, что человеку хотелось выговориться.

– Я не знал, что делать. Решил сходить в церковь и поставить Витьке свечку за упокой. Сделал, и все вроде стало забываться. А этим летом, Я на дачу поехал, тут не далеко. Отдохнуть решил и друга памянуть. А дача, кстати, не далеко от того озера… вообщем, выпил Я, а он… опять пришел. Да на этот раз, слишком навязчив был. Я пытался с ним разговаривать, но он ничего не отвечает, а лишь улыбкой своей гнилою лыбится. Я прощение у него просил, да только все зря.

– Погодь, погодь. – Перебил Я пассажира. – Когда ты говоришь, его на даче встретил?

– Сегодня. – Ответил пассажир. – Год, как это произошло.

А у меня чего-то все внутри сжалось.

– Сегодня? – Переспросил Я.

– Я бежал с дачи, а он за мной гнался. Как гнался? Летел. Летел по трассе над дорогой, а потом ты. Ты, мне встретился.

Мне поплохело. Хорошенькое дельце, психа подвозить, ведь он мне даже не сказал, куда ему надо, а просто залез в кабину. Да и Я хорош, не спросил куда ему.

– Я бежал долго, а потом уже просто шел без сил, а он все за мной. А потом как услышал звук твоей машины, кинуться под колеса думал, мне уже все равно. Но ты остановился. Стало быть ты спаситель мой?

– Ну не знаю, не знаююю… – Протянул Я, как тут в лобое стекло ударилась, какая-то херь, а перед стеклом показалась страшная полугнилая рожа как с фильма ужасов. Мгновение и Я по газам ударил, выкрутил руль. Но все это было зря, фура ушла в сторону с обочины и перевернулась.

Как выяснилось потом, уже спасателями и медиками, пассажир мой погиб на месте и даже не от аварии, не от сильного удара, а от сердечного приступа.

Установили личность погибшего легко, при нем права и паспорт в джинсовке оказались. Адрей Петрович Семенов, 1995 года рождения. Я ж говорил, пацан совсем.

Гаишники сказала, что там вообще у них, место такое нехорошее, чесно аварии случаются. На мне же ни царапины, машина тоже исправна, только стекло заменить.

Теперь эта история среди дальнобойщиков самой топовой считается. Но это только пока, пока новая у кого-то, да пострашней, не появится.

Ну, их, береженного как говориться, берегут. А та рожа страшная, Я так и не понял, что это было, может и дружок Витька, того моего пассажира, а может и сама смерть в обличии Витьки за ним пришла, да во сне такое увидишь, топором не отмахаешься, а Я наяву.