Свободная комната

– А ты знаешь, как трудно найти жилье в одном из самых популярных городов мира? У меня есть квалифицированная работа с хорошей зарплатой, но я все равно не могу позволить себе свое жилье. Если я уеду сегодня вечером, то окажусь в хостеле, в комнате с другими людьми. Я не могу этого сделать, – я вздыхаю, – но в конце туннеля есть свет для всех нас. Если через полгода у нас ничего не получится, ты не предложишь мне продлить договор, и я съеду. Все просто.

– Я скажу тебе, что я сделаю, – тут она приободрилась.

Последние слова она сказала сама себе, сжав кулаки. Почему мысль о разговоре с мужем заставляет ее сжимать кулаки? Вызывает в ней такое напряжение?

Своей парящей походкой Марта идет в сторону двери.

– Ты знала, что когда-то это была комната для прислуги? Можешь себе представить, что тебе приходится работать целый день внизу, а потом вечером, когда ты жутко устала, забираться на самый верхний этаж дома?

Я хотела ответить: «Я хорошо знаю это чувство; мне приходится спускаться в туалет и подниматься обратно каждый раз».

– Марта, не волнуйся, все будет хорошо.

Глава 7

Я просыпаюсь в холодной темноте, валяясь на полу в поту, при этом моя левая нога вывернута на кровати. Узел шарфа затянулся и болезненно впился мне в лодыжку. Слезы отчаяния струятся по моему лицу. Я чувствую себя сломленной, потому что эти сны снова начались.

У некоторых людей бывают мигрени. Такие люди предчувствуют их появление и знают, что единственный способ справиться с ними – это пытаться избегать триггеров и принимать обезболивающее. Когда боли все-таки начинаются, единственное лекарство – прилечь в тихом месте и ждать, пока они пройдут. Я не страдаю от мигреней, я страдаю от периодических кошмаров. Иногда эти периоды длятся несколько дней, а иногда и несколько недель. После этого они прекращаются на время, часто на месяцы или даже годы, так что я думаю, что они закончились навсегда.

Но потом они возвращаются и мстят мне. Я предчувствую их приход и знаю все триггеры, но не существует лекарств, чтобы мне помочь, и я не могу прилечь в тихом месте и ждать, пока они пройдут, потому что именно тогда они и атакуют.

Мне страшно потому, что этот дом и есть один сплошной триггер.

Эти сны снятся мне, сколько я себя помню.