Иванус Двуликий

Крайне редко встречаемая среди человечьей породы разновидность. Уникум. Я могу стать твоим учителем. Если ты захочешь.

Так, разложим всё по сусекам, как говорит в таких случаях моя тётушка. Я – Иван Емельянов, студент Московского университета, исторический факультет, второй курс. Не далее, как позавчера нежданно-негаданно появляется некое существо, замаскированное под мысленно говорящую собаку, заселяется сначала в месте моего обитания, потом в голове, и оно предлагает мне стать его учеником. Вопрос: чему меня собираются учить?

– Перемещаться, – у меня в голове слышится бархатный баритон Пестиримуса Светоподобного, – перемещаться вдоль времени.

Могу тебя этому научить. Хочешь?

Глава 5.

Я лежу в темноте который уже час, тупо уставившись в то место, где теоретически находится потолок, однако теперь даже в его наличии я не уверен. Уснуть не получается. Причина моей бессонницы очевидна – я узнал нечто такое, что радикально поменяло мою школьную картину мироустройства. С Пестиримусом мы общались весь вечер и у меня нет оснований сомневаться в том, что мне рассказали.

Если обобщать коротко – мой мир рухнул.

Тот мир, в котором я обитал, такой обжитый и уютный, за один вечер не то, чтобы исчез, но значительно видоизменился. Засверкал новыми гранями. Ивус, дружок, как-бы объяснить тебе попроще: существует не один, а два параллельных и во много похожих мира. Друг от друга они отличаются тем, что время в каждом из них движется в противоположных направлениях. Это как два встречных и местами пересекающихся потока, при этом можно перемещаться вдоль каждого из них.

Как? Не знаю, просто умею, и всё. Ты же был маленький? Сначала ревел, не переставая, сосал соску, потом ползал, следом научился ходить. Если тебя спросит, как ты ходишь, ты сумеешь объяснить?

– Ну, я двигаю вперёд одну ногу. Потом вторую – всё просто, – я задумываюсь о процессе собственного прямохождения, и прежняя простота перестаёт казаться такой-уж простой, – Перемещаю вперёд центр тяжести. И, наверное, следует поддерживать равновесие.

Да, и смотреть, куда ступаешь. А в том, другом мире – в нём задом наперёд ходят?

– Хорошо, что ты не сороконожка, – в очередном телефонном сообщении, что слышится у меня в голове, сквозит явная ухмылка, – Я задал знакомой сколопендре тот же вопрос. И представь – через неделю она, бедняжка, умерла от голода.

– Почему? – Не то, чтобы трагическая судьба незнакомой мне сороконожки меня сильно волнует, просто любопытно.

– Ходить разучилась.