Под грузом улик. Неестественная смерть

Удивительно, что Мэри не рассказывала вам о Гойлсе. Некоторое время назад они были очень дружны. Все думали, что Мэри собирается выйти за Гойлса замуж, но затем у них что-то разладилось и ваша сестра уехала из города. Вы об этом знаете?

– Что у нее был парень? Да, но моя семья не вполне это одобряла. Думаю, их не слишком устраивал этот Гойлс в качестве зятя. Родословная и все такое. Меня рядом не было; впрочем, ко мне Мэри никогда и не прислушивалась. Вот и все, что я понял об этой истории.

– Еще один пример абсурдной старорежимной тирании родителей.

– Я бы так не сказал, – возразил Уимзи. – Моя мать замечательная женщина. Думаю, она хотела пригласить мистера Гойлса в Денвер, но мой брат топнул ногой.

– А чего еще от таких ждать? – презрительно фыркнула мисс Тарант. – Не понимаю, его-то это как касалось?

– Никак, – согласился лорд Питер. – Но он придерживается устаревших принципов отца относительно женщин и распоряжается деньгами Мэри до тех пор, пока она не выйдет замуж с его согласия.

– Чудовищно! – возмутилась мисс Тарант и так яростно замотала головой, что растрепались ее волосы. – Это варварство! Типичный феодализм! Но, в конце концов, что такое деньги?

– Разумеется, ничто. Но если человека воспитали в привычке их иметь, несколько странно внезапно эту привычку бросить. Как с другой привычкой – принимать ванну.

– Я не понимаю: разве это что-то меняло для Мэри? – не унималась мисс Тарант. – Ей нравилось вести простую трудовую жизнь. Однажды мы впятером два месяца жили в рабочем коттедже на восемь шиллингов в неделю. Замечательный опыт – на самой границе Нью-Фореста.

– Зимой?

– Нет. Мы решили, что начинать лучше не зимой, – но пережили девять дождливых дней, и печная труба все время дымила. Дрова мы носили прямо из леса – сырыми.

– Ясно. Эксперимент был, должно быть, необычайно интересным.

– Никогда не забуду, – кивнула мисс Тарант. – Мы чувствовали себя приближенными к земле и всему исконному. Вот если бы удалось упразднить индустриализацию! Но, боюсь, это не получится без «кровавой революции». Она, конечно, очень страшит, однако целительна и неизбежна. Выпьем кофе? Только придется нести его наверх самим. После ужина официантки кофе не разносят.

Девушка расплатилась по счету и вернулась с чашкой кофе в руке.