Охотник и его горгулья

Чаще всего одержимыми и их жертвами действительно оказывались чужаки. А тех не жаль…

– Мой сын завалы разбирает. Говорит, скоро дорогу откроют, – обнадёжила щедрая бабуля.

– Отчего же маги-землеройки не защитили от проделок разбойника? – продолжал выпытывать я.

– Должны, да не прибыли, – покачала седой головой щедрая бабуся, – сами удивляемся. Иногда после землетрясения на вторую ночь уже тихо. А бывает так, что вообще Одноглазый с шайкой из-под земли не выбираются.

– Наверно магам обвал помешал, – предположил я.

– Куда им обвал? А экипажи летучие на что? – удивились бабуси.

Вот оно как! Выходит, в подобных случаях запрет на полёты снимается.

– А бывало так, что землеройки не прибывали вовсе, как сейчас? – задал я последний интересовавший меня вопрос.

– Это впервые, – подтвердили бабки.

Нюка непонимающе воззрилась на меня. Зачем я выспрашиваю и так известные вещи? Погоди, милая, меня по дороге сюда посетила очень интересная мысль. Понять бы, верно ли я поступаю? Не совершаю ли непоправимого?

– А между прочим один землеройка в город приехал.

– И как он после этого будет людям в глаза смотреть? – заохали старушки. – Приехал, и своих не позвал!

Я поморщился, ибо острые когти горгульи впились мне в щиколотку. Ой, я секрет твоего хозяина разболтал? Ну, извини, не удержался. Я вообще болтун, ты разве не заметила, милая? Ой, больно!

Я нагнулся, сжал пальцы на серебристом загривке спутницы и потянул вверх.

– Не позвал, почтенные! – я трагически вздохнул. – И не собирается. В «Счастливой подкове» отлёживается. Знаете, я сам случайно узнал. И думаю вот что, – я склонился к бабусям, – он эксперимент проводит на людях. Да-да!

Бабуси ахнули. Нюкина шея задёргалась, но я добавил чуток магии, обездвиживая защитницу старого прохвоста.

– Только никому. Я, знаете ли, его побаиваюсь.

– Сам, небось, маг? – щедрая бабуся подозрительно щурилась и была готова лишить меня своего расположения.

– Что вы, почтенные. Так, по мелочам чародейничаю, не больше. Но поступком Ланвиса Ардана возмущён до глубины души! Хотел у Аганьера защиты просить, но узнал, что захворал он. Представляете, как обидно! – я горестно вздохнул. – Пирожки у вас, кстати, обалденные, – я втянул носом аромат выпечки из кулька и поклонился потрясенным бабулькам. – Всего наилучшего.