Дева, облечённая в солнце

– Что бы вы ни услышали, ни за что на свете не открывайте дверь и не входите.

Понизив голос, он окидывает родителей суровым взглядом. Те послушно кивают и, взволнованно переглянувшись, уходят. Джереми закрывает за ними дверь на замок и оборачивается.

На кровати лежит юная девушка в белой ночной рубашке. Её руки и ноги привязаны верёвкой к кровати, а взгляд устремлён в потолок. Длинные волосы светло-рыжего цвета золотом рассыпались по подушке, на концах завиваясь в живописные кудри.

– Здравствуй, Лили?! – обращается он к ней. Ноль реакции. – Меня зовут Джереми Коулс… Ты меня слышишь?

Лили раздражённо надувает щёки и медленно выпускает воздух тонкой струйкой. Переводит на него усталый взгляд.

– Конечно. Я не глухая, – саркастично отзывается она, закатывая глаза. – Я знаю, зачем вы здесь.

– Неужели? – в тон ей спрашивает Джереми.

– Я одержимая, а не тупая. Хоть вы и в гражданском, но я чую в вас священника. Собрались проводить надо мной обряд экзорцизма? К сожалению, у вас ничего не получится.

– Это ещё почему? – удивляется Джереми.

Он привык видеть дрожащих, извивающихся, заходящихся в крике людей, одержимых демонами. И ему не нравится то смиренное спокойствие Лили, под которым может скрываться нечто более ужасное. Неизвестность пугает.

– Моя одержимость иного толка, – деловито сообщает Лили и вновь пялится в потолок.

– Так расскажи, дитя моё, позволь мне помочь тебе.

Лили переводит на него взгляд, полный недоумения, и начинает хохотать. Её неистовый смех кажется жутковатым, и Джереми чувствует, как по его спине ползут мурашки. Чтобы занять руки, он берёт стул и садится у кровати.

– Я сказал что-то смешное? Видимо, мне стоило заняться стендапом, а не религией.

– Прости, Джереми, но из твоих уст «дитя моё» слышится как-то нелепо, – говорит она, отсмеявшись, и с любопытством склоняет голову набок.

Лили посылает томную улыбку, и уши Джереми начинают гореть.

– Пусть мне всего лишь двадцать восемь, – говорит он, приподняв подбородок, – но у меня богатый опыт в изгнании демонов.

Скосив глаза, Лили будто размышляет о чём-то, беззвучно шевеля губами.