Хозяин леса

Девочка может быть где-то здесь, мало одного дня, чтобы уверенно отправиться в другие земли. Ведь здесь ещё остались места, где мы не искали её.

– Извольте не согласиться, – поднял палец вверх Гуннар, – искали, ещё как искали.

– А как же лес? – Возразил маг, чуть нахмурившись.

– И в шахтах не были, Ваше Величество, – добавил седой мужчина в сером тёплом кафтане – тан Города-под-горой. – Да и стоило бы, думается, осмотреть окрестности внимательнее. В Предместьях искали?

Король внимательно слушал, наблюдая.

– Искали, конечно. И в рыбацкой деревне, и в полях, и в городе. Ваша правда – шахты не осмотрели.

– А в лесу-то были, – вновь вступил в разговор старик Гуннар. – Всю Хвойную окраину избегали, как псы охотничьи, и ни следа!

Седрик покачал головой.

– Нет, господин Гуннар, мало обыскать лишь Хвойную окраину. Нам стоило бы пойти в лес.

– Эк Вы меня назвали-то – «господин», – хохотнул старик, упирая кулаки в бока. – И Вам лучше моего известно, что дальше валежника хода нет, это знает любой из нас.

– В лес ходить запрещено законом, – спокойно произнёс Генрих, выпрямившись и чуть нахмурившись. – И нет такого проклятия, какое нельзя было бы объяснить, друзья мои. Я готов поверить во многое, но мою дочь не крали волшебные твари из проклятого леса.

– Мой господин, и всё же Хозяин…

– Слышать не хочу о Хозяине и его чудищах, Седрик, – оборвал его монарх, ткнув пальцем в карту.

– Пусть так, Ваше Величество, – маг согласно кивнул, – и всё же я хочу от имени нас всех попросить Вас повременить с походом.

Присутствующие согласно закивали. Генрих поджал губы, глубоко задумавшись, и неторопливо прошёлся по зале, заложив руки за спину и смотря себе под ноги. За ним наблюдали присутствующие, ожидавшие решения. Наконец, остановившись у камина и глядя на языки пламени, монарх тихо произнёс:

– Будь по-вашему, вы правы. Обыщите все углы Королевства от болот до Барбатуровых гор, но найдите мою дочь.

На губах мага играла едва заметная улыбка, когда он посмотрел в спину королю. Никто не проронил ни слова, помрачневшие и задумчивые, члены совета покинули залу, оставив Генриха наедине со своим горем.

За окном выла и бушевала буря.