Хозяин леса

Хозяин стоял так близко, что удалось разглядеть тонкие струйки пара, вырывающиеся из чёрных ноздрей черепа, и Рейвен сравнил эти жутковатые дыры с кратерами вулканов в Выжженных землях, которым лишь дай повод вспыхнуть. Варлок убрал руку с пути молодого человека и шевельнул когтистыми пальцами.

В тот же миг из снега шмыгнуло что-то белое и на поляне раздался взрыв нервного неуверенного хохота.

– Ах ты, чертёнок! – Смеялся, скрывая смущение, Сверр, держась за шею.

Гуннар покачал головой, виновато улыбаясь.

– Ай да мужики, ай да солдаты, крольчонка испугались!

– Я чуть портки не испоганил, – признался один из мужчин, посмеиваясь и седлая коня.

Кролик испуганно задёргал крошечным розовым носом и шмыгнул в кусты, оставив за собой облачко снежной пыли. Старик Гуннар, немного потоптавшись на месте, всё же забрался в седло и потянул поводья. Оглядев поляну и деревья, что её обступили плотной стеной, он отдал приказ неожиданно звучным и твёрдым голосом:

– Выдвигаемся, мужики.

Когда все солдаты оседлали коней и скрылись где-то в чаще, Рейвен шумно выдохнул и прикрыл глаза, слыша скрип снега. Севшим от напряжения голосом он пробормотал:

– Ты мог сказать, что будешь здесь. Я подумал, что идёт кто-то из этих… umage[15 - Людей]. Проклятые люди.

Хозяин не ответил, и Рейвен открыл глаза, оглядевшись. Снег валил всё сильнее, верхушки деревьев трепал подвывающий ветер, среди елей шмыгнул огненный хвост лисицы, и Рейвен с сожалением понял, что вновь оказался один.

14

В просторном зале советов ярко пылал огонь в огромном камине. Языки пламени лениво выползали за пределы каменной кладки, но, будто опомнившись от секундного наваждения, мгновенно ныряли обратно, продолжая танцевать на поленьях. Пляшущий свет и всполохи искр озаряли напряжённые лица людей, собравшихся в круг у стола с картой.

На старой потёртой бумаге они разглядывали земли Королевства и прилежащие территории – Чужие земли, и иногда переглядывались друг с другом, как бы посылая невидимые сигналы, говоря о чём-то одними лишь глазами. Короля Генриха всё ещё не было в зале, но он должен был появиться с минуты на минуту. Впрочем, это постепенно перестало смущать придворных: поначалу они зашептались, а после и вовсе стали рассуждать в полный голос, обсуждая прошедшие события.