Хозяин леса

– Постой, но, если видели её у леса, почему же вы пошли сюда?

– Нам сказали, что линги в ночь исчезновения принцессы проводили ворожбу и обряды… И видели больше, чем крестьяне из своих лачуг.

– Как бы их ворожба не встала нам поперёк горла, – задумчиво и недовольно пробормотал под нос маг, следя за жителями, демонстративно топающими по земле. Их голоса слились в один тихий монотонный гул, отдававшийся в голове неприятным шумом. Кровь в висках застучала, и Седрик после некоторого молчания тихо спросил: – Давно ли ушёл король?

– Нет, переступил порог едва ли не перед твоим прибытием, – капитан небрежно махнул рукой, на которую успел надеть перчатку, и потёртая старая кожа скрипнула, когда пальцы мужчины чуть сжались.

– Может, стоило бы… – Начал было Седрик, нервно одёрнув рукав мантии, причудливо согнувшийся во время езды, но оборвал себя на полуслове, прислушавшись. Серафим глухо хмыкнул.

Двери хижины-берлоги открылись, выпуская из недр Генриха и маленькую сгорбленную старуху, тяжело переступившую порог прямо за ним.

Когда король, всё ещё невольно пригибаясь – потолок хижины оказался низким для широкоплечего и рослого Генриха, – сделал несколько шагов по вытоптанному снегу, Седрик впервые не поверил своим глазам: и без того постаревший после смерти супруги, теперь монарх будто уменьшился в росте и поседел. Его глаза потускнели, а уголки губ опустились, заставляя лицо его, расчерченное морщинами, выглядеть несчастным и несколько растерянным. Маг не выдержал и бросился навстречу королю.

– Ваше Величество! – Он остановился рядом и осторожно коснулся руки, лежащей на эфесе тяжёлого меча, своей. Монарх поднял голову, скользнул по лицу Седрика взглядом, и губы его дрогнули.

Старуха, увидевшая чёрную мантию, быстро затопала ногой, чуть прищурившись. Седрик невольно сравнил её с древней жабой, покрытой бесчисленными бородавками и вислой кожей, но мысли его быстро вернулись к королю. Маг ждал ответа, линги вокруг тихо перешёптывались, а воины замерли, прислушиваясь.

Наконец, Генрих хрипло выговорил:

– Она была у леса, крестьяне сказали правду, но… – Он глянул на старуху, коротко кивнувшую ему в этот момент, и продолжил, стараясь сохранять твёрдость голоса: – Люди видели караван, направлявшийся в южные земли.

Серафим, подошедший ближе и вставший чуть поодаль от мага, напряжённо вслушивался в слова короля. Его руки, сцепленные впереди, сжались, и кожа перчаток снова жалобно заскрипела.