Однажды ты не ответишь

Поправляла повседневное платье, снимала несуществующие пылинки с пальто, переминалась с ноги на ногу, любуясь тапочками. Только черная сумка через плечо выбивалась из этого нежного образа да волосы, перекинутые на грудь.

– Я долго буду ждать свой кофе? – возмущался начальник, а я вот совсем не хотела туда идти. – И позовите мадмуазель Громову! Сколько можно собираться?

– Мадмуазель Громова уже пять минут как ждет вас в холле, – спокойно объявил слуга, а я подыскивала уголок, куда бы могла спрятаться.

– Стоять! – окликнули меня за спиной как раз в тот момент, когда я уже собиралась по-детски спрятаться за креслом.

Уж слишком грозным и страшным был голос начальника в это утро.

– Доброе утро, – медленно обернулась я, растерянно улыбаясь.

Темный взгляд опалил щеки, прошелся по волосам и спустился до самого низа, оценивая мой внешний вид. Неприятная ухмылка скользнула на его губы, а мне до дрожи хотелось поправить воротник его рубашки, который стоял дыбом с одного края.

– Неплохо выглядите, но можете лучше, – произнес он, максимально приближаясь ко мне.

Его пальцы ловко порхали по моим волосам, заплетая симпатичную косу. Несколько прядей чувствовали себя свободнее, чем все остальные, дугами свисая по бокам от моего лица. Я до боли закусила губу, чтобы ничем не выдать волнение, но едва его губ коснулась довольная улыбка, я икнула. Вот просто взяла и икнула, а этот бессовестный рассмеялся!

– Так вы выглядите как молодая симпатичная девушка, а не девчушка, едва получившая паспорт. Запомните, с этого дня вы больше не принадлежите себе, а я рядом с собой хочу видеть женщину, которую смогу без опаски целовать на улице, не переживая о том, что журналисты напишут обо мне.

Не хочу прослыть педофилом, – прошептал он, почти касаясь губами моего уха. – И да, задержите воздух.

Глава 5. Ульяна

Сегодня начальник вел машину сам, и всю дорогу до клиники я молчала. Молчала даже тогда, когда мы сделали остановку у кофейни и Антуан сходил за кофе. Американо с мятным сиропом ложился на губы сладостью и горечью.

Непередаваемый вкус прокатывался по языку, горлу, а я наслаждалась прекрасным утром. И даже мужчина, пристально наблюдающий за мной, не портил настроение. Правда, ровно до тех пор, пока не заговорил:

– Не стоит так соблазнительно облизывать губы, Ульяна Сергеевна. Иначе мы рискуем опоздать в клинику.

С этой секунды я притворялась памятником и сидела тише мыши. Точно так же вела себя и в клинике, добровольно следуя всем указаниям.