Золушка в поисках доминанта. Книга 1

Глубже – я кусала губы в ожидании вспышки боли, стискивала пальцами его спину, позволяя стонам врываться в помещение. Еще глубже – отчетливо ощутила его внутри себя. Стенки сдавливали его плоть, доставляя приятное удовольствие от трения. Сделав еще одно движение, он замер и заговорил:

– Тебе больно?

– Нет… – тихий хрип.

Такая наполненность. Будто так и должно быть всегда. Ничего лишнего. Только все мое, мое без остатка.

– Уже все. Я попробую двигаться чуть быстрее. Скажи, если будет больно.

– А там есть кровь? – вопросила я, чтобы вызнать о самом страшном.

– По-моему, тебе не следует это знать… – тихий смешок стал мне ответом.

Один – один.

Глубже, сильнее, быстрее… Дыхание сбивалось, рвалось, смешивая стоны наслаждения с криками удовольствия. Руки блуждали по моему телу, то останавливаясь на ягодицах, то сминая грудь. Поцелуи стали требовательнее, жестче – словно он пытался выпить меня, оставив совершенно без сил. Укусив его за плечо, ударила ладонью по ягодице, желая сбавить напор, но добилась совершенно обратного.

– Спасибо, – тихий шелест на ушко, заставляющий краснеть от одного-единственного слова.

– И тебе, – скромный ответ, но действительно было за что.

Но тут о себе напомнил мой мочевой пузырь…

– Знаешь…

– Ммм…

– Мне очень неудобно, но я хочу… ну… в туалет.

Александр рассмеялся задорно, весело, будто я рассказала самый смешной анекдот, но, поцеловав кончик носа, освободил меня и помог подняться. Ноги подкашивались, и приходилось опираться на него, как на спасательный круг. Идя с ним за руку, я совершенно не подумала о технической стороне вопроса.

– Ага. Повернись ко мне лицом. – Сделала, как он велел, снова пропитываясь стеснительностью.

Хотелось бы простынь, а лучше две… Блин, о чем я думаю.

– А теперь аккуратно присаживайся. – Он держал меня за руки, помогая разместиться и не сесть мимо.

– Ты только выйди, пожалуйста. Ладно? – держать все в себе уже было невыносимо, а оставаться с невозмутимым лицом тем более.

– Конечно. – Дверь со стуком закрылась, оповещая о том, что я осталась одна.

– Господи, да неужели. – Старалась вести себя тихо, но, увы, не получалось. – Видела бы меня сейчас Машка! – прижав ладони к горящим щекам, прошептала я.