По законам чужого жанра

– Еще чего! Готовься остаться без трусов! – храбро выдала я, хотя, если серьезно, уже давно хотела добраться до кровати и чтобы меня до утра никто не трогал. – Только награждение…

– Не переживай, конверты с нашей премией утром занесут. Мне кажется, самое интересное на сегодня мы уже видели. Пойдем?

Я видела его глаза.

Прекрасно понимала, что он хитрит. Никита наверняка что-то замышлял, но я была готова ко всему. В конце концов, он действительно задолжал мне стриптиз, а я…

Ну, когда-нибудь этот день все же должен был настать? Почему бы не сегодня?

Мы играли.

Он уверенно поднимался по лестнице вверх – на первый этаж гостиницы. Я отставала от него на пару ступенек, но мы ни на секунду не разрывали взгляда. Смотрели только друг на друга, будто мира вокруг просто не существовало. Его улыбка была порочной, моя – самодовольной. Он готовился выиграть эту игру, а я – проиграть. Мне действительно хотелось творить сумасшествие. Все вокруг уже давно плыло, я понимала, что безбожно пьяна и, возможно, завтра пожалею о произошедшем, но…

Сегодня я хотела чудить и не видела смысла отказывать себе в этом маленьком приключении.

В конце концов, мой Крылатый Охотник может никогда и не выйти из тени. Что же мне теперь? Помирать старой девой и молиться на его пришествие?

В холле гостиницы в этот вечер тоже играла музыка. Я не запоминала лиц, да и не старалась. Все они лишь мелькали пятнами на заднем фоне, тогда как центром моего внимания стал Никита. Вел меня к лифтам. Зачем? Я не была дурой.

Прекрасно понимала, что решил продолжить нашу игру в своем номере. Я против не была. Просто потому, что так буду иметь возможность удрать к себе в любое время. Мало ли что там прячется у него в штанах.

Створки лифта разъехались. Никита зашел первым и подал мне руку. Я ответила, и именно это стало моей ошибкой. Рывок, и вот я уже стою в его объятиях. Он крепко прижимал меня к себе одной рукой, в другой его руке потонула моя ладошка. Целовал…

Мягко, едва ощутимо целовал костяшки моих пальцев, а створки лифта закрывались, отрезая нас от гвалта и всего того, что в этот вечер определенно было лишним.

Лифт тронулся, меня заметно качнуло, но тому виной наверняка была не эта металлическая коробка. Слышала, как учащается мое дыхание, а Никита гипнотизировал взглядом, убивал, напрочь лишал воли и самообладания. Терпкий горький парфюм, казалось, пропитал все вокруг: меня, мою кожу, волосы, платье, которое вдруг стало ощущаться лишним.