На другой стороне. Слепцы

Это нервировало Йоделя Роннинга ещё больше, и он отчаянно силился отыскать подвох в её словах.

Тем временем господин Менингэм, словно утратив интерес к происходящему, обратился к своей помощнице, переговариваясь быстрыми и короткими фразами.

– Если они живы, сэр, – бесчувственно ответила ассистентка, встряхнув своим коротким замечанием всех присутствующих.

Господин Менингэм погрузился в раздумья на короткое время. Доктор Сандовал зорко следила за мужчиной на экране и флегматичной женщиной, сидевшей через стол.

– Верно, – протянул Менингэм, – если они ещё живы.

Асмия вздрогнула, мысленно задаваясь тем же вопросом.

– Мисс Люка, отдайте приказ на наш звездолёт, – продолжал господин Менингэм.

– Что сообщить на борт? – с готовностью спросила женщина.

– Мы отправляемся на ту сторону. Ресурсов нашего корабля хватит, чтобы совершить круг и вернуться.

– Какой в этом смысл сейчас, сэр? – удивилась мисс Люка. – Если «Лингана» и экипаж целы, то смогут вернуться. Если нет – то мы попросту потратим время.

– Отдайте приказ, мисс Люка. Обсуждать здесь нечего! – повторил господин Менингэм с едва сдерживаемым раздражением.

Мисс Люка раскрыла свой наладонник и отправила сообщение на корабль «Айона», пришвартованный в посадочном модуле станции «Лисберн».

– Мы полетим с вами! – подскочила доктор Сандовал, глядя на экран компьютера.

От волнения её щеки залило румянцем, а дыхание сбилось, как после короткой и стремительной пробежки.

Шамиль потянул девушку за руку и прошипел:

– Зачем тебе это?!

– В самом деле, моя дорогая, к чему это? – спросил господин Менингэм.

Асмия опустилась на стул, перевела дыхание и спокойно произнесла:

– Нам нужно вернуться, и найти то, что имеет значение.

Господин Менингэм выдержал паузу.

– Мы отправляемся найти наших людей, – вкрадчиво произнёс металлический голос.

– Что ж, – улыбнулась Асмия, – у нас много общего.

– Я тоже полечу, – торопливо бросил Шамиль.

Господин Менингэм, казалось, пронзающим взглядом изучал доктора Сандовал и её друга. Конечно же этого быть не могло, поскольку изображение на мониторе формировалось нейросетью для удобства общения с господином Менингэмом и видеть собеседника оно не могло. И тем не менее, человек на экране выглядел заинтригованным и призадумавшимся.