Маркиза де Ляполь

Откидывая в сторону одного, тут же нападала на другого. Чертов плащ невероятно мешался, а потому вздохнула с превеликим облегчением, когда чужой меч перерезал завязки. Отпрыгнуть успела как раз вовремя, иначе не знаю, как бы объясняла «дядюшке» наличие хорошей такой царапины на пол – лица. Тут и платок бы не спас.

Противник явно не ожидал, что своими действиями всего секунду назад мог причинить непоправимый вред. Его растерянностью и воспользовалась. Острие рапиры уже готово было проткнуть кожу на шее мужчины, как вдруг волна чистого яркого Света охватила меня.

Увеличиваясь со страшной скоростью, она вырвалась через острие и ударила мощной вспышкой прямо по сопернику. Летел он далеко и красиво, но приземлился в сугроб, как мешок с картошкой. Переживать о том, убила ли его эта магия, было некогда. Как и узнавать о том, откуда эта магия взялась.

– Керье! – закричал его друг и выпустил в небо густой черный столп.

Метка зависла в небе, а я вдруг поняла, что пора линять. Да так линять, чтобы ни одна собака не догнала.

– Ах ты…

Что именно «я», я так и не услышала. Рука сама вскинулась в резком жесте, выпуская из острия рапиры светлую магию. Очень надеялась, что оглушающую. Стать убийцей точно не желала.

Осмотревшись, вернула шпаги в ножны и подхватила накидку. Даже холода не ощущала, настолько взмокла, отражая атаки. Мороз стал инеем на ресницах и волосах.

Нужно было убегать, запутывать следы, но я не помнила той дороги, по которой пришла сюда. Слишком много гуляла…

– Именем Святой Инквизиции вы арестованы! – прокричали с другого конца улицы.

Даже сосчитать не могла, сколько их было. С десяток, не меньше.

Паника подступала плотными кольцами, охватывала грудь, вынуждая сердце колотиться в бешеном ритме. Уже собиралась бежать со всех ног куда глаза глядят, когда вдруг свечение охватило тело полностью, пропитывая мощной волной спокойствия. Лишь на секунду прикрыла веки, а распахнув их, воззрилась на свою собственную кровать. Кровать в особняке Герцога де Вилан.

– Испугалась – то, девка? – ехидно вопросил голос.

– Испугалась, – ответила спокойно.

Спорить сейчас хотелось в последнюю очередь. Тяжелая усталость навалилась на плечи, словно груда камней.

– То ли еще будет. Считай, что сегодня мы разминались!

– Мы? Или я?

– Не так важно, – ответила, будто отмахиваясь.

– А что важно?

Раздевалась скорее машинально. Материализовавшемуся сундуку в изножье кровати нисколько не удивилась. Поздно удивляться.