Неуставняк 2

– Тебя как зовут? – Шиханов проявил действительный интерес.

– Саня.

– А фамилия?

– Куделин.

– Послушай меня, Саня Куделин! Ты сегодня уже дважды отличился, смотри – нас много, и мы тебя сломаем, а если не сломаем мы, то тебя доебут свои!

– Пусть попробуют, – негромко огрызнулся я и отвернулся.

Предательство слёз известно всем. Они так нежданно наполняют твои глаза в надежде освободить породившие их железы, что это приводит к замешательству. Вроде и не слабость вообще, но их появление порой так нежеланно, что впору сквозь землю провалиться!

– Ты что думаешь, и меня не ломали? – Он постарался заглянуть мне в глаза, но я усилил свой отворот.

 – А я, между прочим, кандидат в мастера спорта по борьбе!

– Ну и хули, а я по боксу второй юношеский имею, но мне и этого достаточно. – Я, наконец, справился с недугом, а непрошеную влагу просто смахнул рукой.

– Ты зря. «Тебе с нами жить», – почти примирительно сказал он.

– Слушай, Шиханов, я пришёл служить и в будущем буду офицером, и никто мной управлять не будет!

Вова чуть замялся и посмотрел оценивающе.

– А, – подытожил он, – ну посмотрим!

Под его надзором я молча собрал всё парадное обмундирование и шинели, потом все РД и перенёс в каптёрку. Разместив всё по назначенным каптёром полкам, я был удостоен первой пачки сигарет из положенного солдату армейского пайка, но можно, я расскажу о них потом, а то этот день ну никак не может закончиться.

«В жизни не было у меня длиннее того дня, он вобрал событий больше, чем жизнь отдельного человека».

– Давай, бери табуретку и пошли.

– А куда?

– В кино! Но сначала в столовую, вам там чай с бутербродами оставили.

Покинув модуль и отойдя на пару шагов от освещённого плаца, мы попали в объятья ночи. Луна, спрятанная за плотным покрывалом облаков, только давала понять, где верх или низ, а горы удлинились к небу так, что я впервые осознал свою малозначимость в этом подлунном мире!!!

Дорожка, по которой шагал Шиханов, шуршала мраморным отсевом. Что он видел и как, не знаю, но, вероятно, опыт и наитие вели его к недавнему плацу полчка.

Чуть позже и я разобрался в прямолинейности замыслов дивизионного дорогоустроителя, а тогда я шагал по Афганской земле в неизвестном направлении, и только окна далёких палаток подсказывали, что эта земля обитаема. При отсутствии луны в той дивизии всегда было мало света, и только строительство модулей преобразило эту страну спартанцев и римских легионов.

Кино смотрели прямо на плацу.