На другой стороне. Безымянная Луна. Часть вторая

Тем временем Макс, используя навыки дипломатии, пытался объяснить цель их визита секретарю, стеклянными глазами глядевшему на Резника.

– Нам нужно поговорить с господином Менингэмом, – натягивая не естественную улыбку, протянул капитан.

– Но это невозможно, – отвечал секретарь, хлопая глазами. – Господин Менингэм не принимает посетителей.

– А когда он сможет нас принять?

– Вы не поняли, сэр, – любезничал секретарь. – Господин Менингэм вообще не принимает посетителей. Это… это невозможно. Господин Менингэм основатель компании, он не занимается встречами с работниками корпорации.

– Мы у вас не работаем.

– Тем более, – секретарь позволил пренебрежению пробежать по своему лицу.

– Он хотя бы находится здесь? В этом здании? – не сдавался Макс.

– Этого я не могу вам сказать. Я даже не знаю, кто вы такие, – молодой человек с опаской оглянулся на молчаливого Финнигана.

Макс приложил ладонь к сканеру отпечатков, и компьютер вывел на экран секретаря все личные данные.

– Теперь мы знакомы, – усмехнулся Резник.

– Не совсем, – холодно отвечал секретарь и вновь скосил глаза на Джареда.

– Дружище, – повернулся на друга Макс. – Давай. Так положено.

После акта идентификации Макс вернулся к своему изначальному вопросу, но беседа потекла по прежнему руслу.

– Но почему? – уже не сдерживая раздражения, спрашивал Резник.

– Тот факт, что вы позволили считать ваши персональные данные, никоим образом не изменит положения.

Джаред, внимательно слушавший стенания своего компаньона, вдруг осознал, что тот не произнёс главных слов.

– Следуйте за мной, – проронила она, едва улыбнувшись уголками ярко накрашенных губ.

По какой-то причине женщина шла босиком, отчего длинные брюки «клёш» яркого желтого цвета волочились по полу.

– Странные они, эти земные женщины, – шепнул Макс. – Но тела у них что надо! Крупные, здоровые…

– Заткнись, – шепнул Джаред сквозь натянутую улыбку.

– В космосе мы теряем почти пятнадцать процентов мышечной массы, – бормотал Макс. – А жир и вовсе не накапливается. Когда долгое время видишь тощих, измождённых на вид людей, как мы с тобой, то такие, – Макс указал пальцем на фигуристую женщину, – кажутся усладой для глаз.