Контракт на смерть

 – Но, госпожа Зильберт, уже… практически ночь.

– Это не имеет значения. Совещание проводит сэр Лансерт. Мы ждем вас через двадцать минут.

Шмутко заторможено опустил трубку, в которой раздавались короткие гудки. Несколько секунд задумчиво, со злым и одновременно растерянным выражением на лице, смотрел на стену перед собой. Потом включил селектор и рявкнул:

– Срочно ко мне! Вдвоем.

Он что-то быстро записывал в толстом журнале, когда в кабинет без стука зашли двое рослых мужчин в темно-зеленой униформе – штанах и просторных рубашках с многочисленными карманами.

– Вот что, парни, – сказал профессор. – Заберете ее, – он мотнул головой, указывая на Зину, – и отнесете в бокс С2. Задача ясна?

– Ясна, но… – глухим басом отозвался один из санитаров. – Там же этот урод, Дракула.

– Я знаю, что там Дракула, – сухо заметил Шмутко. – Это как раз то, что нам надо. И запомните. Если вдруг эта девка начнет орать – ну, случится там чего-то – бокс не открывать, ничего не предпринимать.

– А если он ее на лоскуты порвет? Он же псих.

– Я сказал – ничего не предпринимать. Ясно?

– Ясно.

– Выполняйте. – Профессор ткнул пальцем в сторону Зины и злорадно усмехнулся.

Шмутко был мстителен. И не примитивно, как какое-нибудь убогое тупое быдло, а изощрено мстителен, как и положено творческому человеку с тонкой психической конструкцией и выдающемуся ученому. По крайней мере, именно к людям такого типа без ложной скромности относил себя сам профессор.

Он обозлился на Зину. И ему очень понравилась идея подсунуть девушку отмороженному Дракуле. Пусть строптивая девица на собственной шкуре почувствует разницу между утонченным интеллектуалом и сумасшедшим мужланом со звериными инстинктами.

В том, что Дракула балансирует на грани между человеческой и животной сущностью, Шмутко не сомневался. Собственно, он и придумал безымянному пациенту, доставленному в лабораторию из психиатрической клиники, такую говорящую кличку. И не без оснований.

Диагноз «ретроградная амнезия» с подозрением на сопутствующую параноидную шизофрению этому очень странному гражданину поставили в клинике местные эскулапы. Его нашли в лесу в бессознательном состоянии, а когда привели в чувство, то зафиксировали неприглядную картину. Гражданин был очень необщителен, почти ничего не помнил, включая собственное имя, страдал галлюцинациями и ночными кошмарами. А когда пытался что-то вспоминать, то нес натуральный бред.