Любовный компромисс

Она говорила себе, что заслужила немного романтики, но не думала о последствиях. Они оба не думали.

– Что было, то было, – заметила Тори, промокая губы салфеткой и стараясь унять сердцебиение. – Мы увлеклись, действовали импульсивно, а теперь пожинаем плоды. Сейчас не следует действовать сгоряча, Джереми, мы должны принять взвешенные решения.

– Согласен.

Тори подумала о матери, которая несколько смущалась тем, как возникла беременность, но, с другой стороны, не скрывала восторга при мысли, что станет бабушкой.

Теперь они остались вдвоем. Тори была единственным ребенком и, в какой-то мере, счастливой случайностью, потому что, согласно врачебному диагнозу, ее мать не могла зачать и родить. Бабушка и дедушка Тори жили на Ньюфаундленде, и она их редко видела. Отец умер два года назад, и Тори считала себя ответственной за мать, у которой никого, кроме нее, не было.

Она взглянула на Джереми.

– У тебя есть братья или сестры?

– И брат и сестра.

Эта тема никогда не затрагивалась в те две недели, что они были вместе.

Тори вспомнила, что Джереми менял тему разговора, если она заводила речь о семье. Даже сейчас он был предельно краток.

– А родители? Живут в Нью-Йорке?

– Мать – в Коннектикуте, отец – на Вирджинских островах. Они развелись, когда я был маленьким, – сказал Джереми с мрачным выражением лица. Сердце Тори упало: если он не близок с семьей, чем это обернется для ребенка?

– Двоюродные братья и сестры? Любимые тетя и дядя?

Джереми вытер салфеткой пальцы.

– Какой смысл изучать семейное дерево? – Его голос звучал жестко, и Тори насторожилась. – Мы просто… мало знаем друг о друге, вот и все. Это не имеет значения в данных обстоятельствах. Кроме того…

– Эти люди станут семьей для нашего ребенка, – подняла подбородок Тори. – Разве я не имею права больше узнать о них?

Положив салфетку на стол, Джереми поднялся:

– Извини, но мне пора на встречу. Спасибо за ланч.

Тори удержала его за локоть:

– Неужели семья настолько плоха, что ты не хочешь даже говорить о них?

Он посмотрел на нее сверху вниз со странным выражением лица, однако Тори не рискнула задать еще один личный вопрос.

– Такие темы не обсуждают за ланчем.

– Позже?

– Мне пора, Тори, – сказал Джереми, освобождая локоть, но в его голосе не было категоричности, и это внушало надежду. Может, им надо больше времени вдвоем вдали от чужих глаз, чтобы обсудить вопросы, связанные с рождением их ребенка.