Другие. Сборник рассказов

– Дорогуша, это у вас от голода, – выдавил сквозь смех мужчина. – Вот, поешьте, – и он протянул прожаренное крыло бетельгейзского голубя, наколотое на вилку.

– Вы что, не понимаете? – воскликнула Антида. – Это всё уже было! Раз за разом вы предлагаете мне попробовать эти ваши крылья каких-то там голубей. Но у них нет никакого вкуса!

Супруги озадаченно глядели на раскричавшуюся без причины девушку.

– К чему так орать? – обиженно произнёс мужчина и принялся обгладывать очередное крыло.

– Вот и проявляй доброту к посторонним после этого, – тихо заметила супруга толстяка, но так, чтобы Антида её услышала.

Антида вскочила и убежала из столовой. В многолюдной игровой она подбежала к бармену и попыталась выяснить у него, куда направляется звездолёт.

Бармен ничего не ответил и даже не поглядел на девушку, но налил ей настойку ягод годжи. Антида швырнула рюмку с настойкой в стену, а бесстрастный бармен поставил перед ней новую рюмку и снова налил настойку.

Антида обреченно выпила рюмку.

Её плеча мягко коснулись. Антида обернулась и увидела встревоженное лицо с красивыми глазами. Мужчина что-то пытался сказать, его губы расплывались в улыбке, а на глаза навернулись слезы.

– Может быть, вы знаете, когда мы прибудем в место назначение, а главное, куда же мы направляемся? – спросила Антида.

Мужчина просиял и залепетал на незнакомом языке.

Ну, конечно же! Антида обреченно вздохнула.

Антида грустно улыбнулась мужчине и, опустив плечи, пошла прочь. Во что бы то не стало нужно попасть на капитанский мостик.

В голову ворвалась мысль, что ни в коем случае нельзя пользоваться лифтом!

А почему?

Антида не знала ответ, но решила послушаться своего внутреннего голоса. Она разыскала лестницу, которая ведет на верхнюю палубу в обход лифта. Крутые ступеньки уходили далеко вверх.

Антида остановилась на площадке перевести дух и закрыла глаза. На мгновение она испытала благостное облегчение. Тревоги испарились, воздух стал снова мягким и прохладным.

Антида открыла глаза. Из окошка иллюминатора на неё глядел мрак безжизненного космоса. Позвонили к ужину. Она обреченно села рядом с жирным обжорой.