Разумная жизнь. Книга первая

Я отойду ненадолго.

Выйдя на улицу, он посмотрел вокруг. Было уже темно. Ни одна звезда не могла пробиться сквозь черню пелену облаков, покрывшую собой все небо. Тени, от освещённых фонарями палаток, плавно ложились на землю и медленно по ней скользили. Рик глубоко вздохнул свежий, прохладный воздух и набрал номер телефона жены.

– Теперь ты решил позвонить сам, – после долгих гудков, в трубке, раздался слегка раздраженный женский голос, – Ты обманул ее, Рик. Она так сильно тебя ждала. Ты…

– Бека, прости, – перебил он ее, виноватым голосом, – Так получилось.

– Ах тебе жаль. Да она до сих пор не спит, – крикнула Ребека, а затем понизив голос жалобно добавила, – Она плачет, Рик, и до твоего подарка, который должен был подарить ей ты, она даже не дотронулась…

– Это папа? —раздался удаленный детский голос в телефоне, – Мама, дай мне. Але… Папа, это ты?

– Да, зайка, – радостно улыбнулся Рик, – Это я.

– Папа, почему ты не пришёл? Ты меня не любишь?

– Что ты говоришь, милая? Я просто не смог.

– Ты опять меня обманываешь. Ты лгун. И все что ты говорил мне про суперсилу тоже вранье. У меня было другое желание. И еще… И еще я не люблю тебя, – вдруг резко отрезала Саманта, – И я не буду с тобой говорить…

– Зайка, подожди, – крикнул Рик, до боли сжимая телефон в руке.

– Я так больше не могу… – раздался в трубке заплаканный голос Ребеки, – …Это не может так дальше продолжаться. Я подаю на развод. И я все сделаю, что бы она осталась со мной.

– Ты не можешь… – перебил ее Рик и почувствовал, как к его горлу поднимается комок. И этот комок был наполнен страшной злостью и ненавистью, таившимся где-то у него внутри. И этот комок, как раскаленная лава вулкана, готов был вырваться на поверхность и уничтожить все на своем пути, – Ты не можешь… – повторил он, выдавливая из себя каждое слово, – Ты не можешь забрать Саманту… -, в телефоне раздалось шипение, а потом пошли гудки, – Ты не можешь… Але… Ты меня слышишь?

Рик посмотрел на мерцающий экран телефона, который немного поморгав, отключился.

– Твою мать, – выругался он и несколько раз ударил его о ладонь, – Что за ерунда?

Неожиданно, освещение в лагере стало моргать. Свет то ярко загорался, то потухал, то снова загораясь, светил тусклым, унылым светом. Из мигающих палаток стали выходить полураздетые морпехи, с недоумением оглядываясь по сторонам.