Подсказчик

Чан поправил очки, сползшие на кончик носа, и вперил взгляд в криминолога:

– Одной пришлось еще тяжелее.

В комнате воцарилась мертвая тишина.

– В результате токсикологического исследования в крови и тканях обнаружен адский коктейль лекарств. А именно: антиаритмический препарат дизопирамид, ингибиторы АПФ, бета-блокатор атенолол…

– Сократил сердечный ритм и одновременно уменьшил давление, – сразу догадался Горан.

– Зачем? – спросил Стерн, который, наоборот, ничего не понял.

Губы Чана искривила горькая усмешка.

– Он искусственно замедлил кровопотерю, чтобы смерть была долгой. Не иначе хотел насладиться зрелищем.

– Какая девочка? – уточнил Рош, хотя все и так знали ответ.

– Шестая.

Мила, хоть и не была специалистом по серийным убийствам, поняла, что произошло. Судмедэксперт фактически заявил о том, что убийца изменил свой modus operandi, то есть образ действий. А это значит, он обрел уверенность в себе. Он начинает новую игру, и она ему нравится.

– Он изменил манеру, потому что доволен результатом.

Дела у него идут все лучше, – заключил Горан. – Он, что называется, вошел во вкус.

Милу посетило знакомое ощущение. Что-то вроде щекотки в основании шеи, которую она чувствовала всякий раз, когда приближалась к разгадке очередной пропажи. Странное, необъяснимое чувство – оно как будто приоткрывало завесу над непостижимой истиной. Обычно оно длилось дольше, но сейчас исчезло, прежде чем она успела его ухватить. Видимо, его прогнала фраза Чана:

– И еще одно… – Патологоанатом обращался напрямую к Миле.

Хотя они еще не познакомились и она была единственным посторонним человеком в этой комнате, но его наверняка уже ввели в курс дела. – Там ждут родители пропавших девочек.

Из окна участка дорожной полиции, затерянного среди гор, Александру Берману открылся вид на автостоянку. Его машина стояла в самом конце пятого ряда. Отсюда кажется, что очень далеко.

Солнце уже поднялось и сверкало на хромированных деталях.

После ночной грозы трудно было даже представить себе такую благодать. Как будто уже наступила весна и совсем потеплело. В открытое окно просачивался слабый ветерок, навевающий умиротворение. Настроение, как ни странно, улучшилось.

Когда его на рассвете остановили на КПП для проверки, он не растерялся, не ударился в панику. Правда, беспокоила неприятная влажность между ног.

С водительского сиденья ему были отлично видны полицейские возле служебной машины.