Прекрасные

 – Я еще не видела, чтобы ты такое делала.

– Ты была не хуже, прекрати.

– Мы исполнили всё, что должны, всё, что было написано в наших досье. Кроме тебя. Превратить девочку в зеркальную копию себя – как умно! А мне даже в голову не приходило использовать бутон амброзии в качестве кокона. Из-за этого все приобрело особый смысл, словно откровение. Я бы не додумалась до такого! Я никогда не совершаю ничего неожиданного, а ты воспринимаешь правила как рекомендации и выходишь за рамки. – Амбер сжала кулаки. – «Просто измени цвет кожи и волос.

 – Она передразнила гнусавый голос Дюбарри. – И только. Все прочее – пустая трата сил». Мы участвовали в шоу, и ты это поняла.

Она спрятала лицо в ладонях.

– Девочка дергалась, поэтому я сделала кокон, – сказала я, чтобы сестра не узнала, сколько времени я потратила в размышлениях о том, как стать лучше всех.

Я потянулась к ее руке, но Амбер убрала ее, чтобы поправить выбившийся из прически цветок. Я старалась напомнить ей, как искусно она обращается с магией.

За каждое задание Дюбарри она получала высший балл. По оценкам Амбер была звездой нашего поколения, Дюбарри всегда ставила ей лучшие оценки. Если бы решение зависело только от этого, выбор был бы очевиден.

– Если бы мы могли показать первую аркану, они бы лучше рассмотрели твои таланты, – говорю я.

Амбер лучше всех умеет пользоваться арканой Характера. Она способна смягчить даже голос карманной обезьянки, сделать самого нескладного человека очаровательным и подарить любому талант, о котором он мечтает, будь то кулинария, танцы, игра на лютне или скрипке.

– Я должна быть лучшей. Меня должны выбрать фавориткой.

– Мы все об этом мечтаем.

Амбер прищурилась.

– А то я не знаю.

Ее слова прозвучали как пощечина. Раньше она никогда так со мной не разговаривала.

– Амброзия! Камелия! Вы знаете правила. – Дюбарри приподняла бровь. – Вы достаточно взрослые, чтобы помнить их.

Амбер отошла от меня на два шага, и это небольшое расстояние показалось огромным, словно океан.

Нам не следует иметь предпочтений в общении друг с другом. Мы все сестры и должны быть одинаково близки. Но я всегда любила Амбер чуть больше остальных, как и она меня.

Амбер бросила на меня раздраженный взгляд. Я не понимала, почему она злится. Все мы в одинаковом положении. Не лучше ли поддерживать друг друга?

Как только Дюбарри отвернулась, я снова подошла, чтобы прикоснуться к ее руке и «починить» то, что сломалось между нами.