Прекрасные

– Думаешь, я вроде придворного фокусника, которому платят за то, чтобы показывать королевским детишкам трюки и фейерверки?

Репортеры часто называют наше ремесло волшебством, но Матушка говорила, что природа магии куда сложнее.

– Так можешь или нет?

Юноша возился с галстуком, пока узел не поддался и струящийся шелк цвета апельсинового шампанского не упал на его грудь.

– Это не так работает.

– А как? – В его глазах горело любопытство, и он сделал еще один шаг в мою сторону.

Сердце в груди пропустило удар.

– Ближе не подходи.

– А то ты меня убьешь? – приподнял он бровь.

– Существуют законы, – напомнила я. – Может, и стоило бы.

– А ты все их соблюдаешь?

– Иногда. – Мои пальцы путаются в оборках платья. – Мужчинам запрещено оставаться наедине с Прекрасными за пределами процедурных залов и разговаривать с ними на любые темы, если они не касаются красоты.

– А женщинам? Они бывают еще опаснее мужчин.

– То же самое. Нам запрещено устанавливать отношения с не-Прекрасными.

– Почему? Глупое правило, если хочешь узнать мое мнение.

 – Он улыбнулся, как будто уже знал, что я отвечу.

– Раньше случались плохие вещи.

– Это не обязательно должно случаться каждый раз. – Незнакомец потер подбородок, изучая меня. – Ты не похожа на ту, кто слепо следует правилам.

– А у тебя острый глаз, – ответила я, чувствуя, как румянец расползается по моим щекам.

– Я же моряк. Я должен…

– Камелия! – позвала меня Дюбарри. – Что ты там делаешь?

Я вздрогнула и резко обернулась.

– Иду! – прокричала я.

Стражник вернулся. Я оглянулась.

– Так кто ты?

Юноша исчез. Стражник пристально посмотрел на меня, но я уже спешила к дворцовым воротам, крутя головой по сторонам.

– Камелия! – снова закричала Дюбарри.

Я заглянула за карету. Никого.

И вот уже воспоминание о юноше стало казаться сном. Нечетким, призрачным и таким далеким сном, который изо всех сил стараешься не забыть в первые секунды после пробуждения.

5

Министр Красоты открыла южные ворота и важно просеменила внутрь в норковом манто в пол.

На пальцах, поглаживающих мягкий мех, – идеальный маникюр с красной каймой, а темные волосы украшены павлиньими перьями. Она ткнула пальцем в воздух. Над головой болтался бело-золотой почтовый шар, на котором сверкал герб Орлеанского дома – знак личного почтового отправления Ее Величества.

– Добро пожаловать, мои замечательные. Я Роуз Бертан из Орлеанского дома, Королевский Министр Красоты нашей прекрасной страны.