Потерянные девушки Рима

Она вела себя чересчур необузданно, яхтсмен был всего лишь последним в длинном списке. Адвокат не слишком переживал утрату, через несколько месяцев он женился снова. Теперь у него другая семья, другие дети. И потом, говоря начистоту, если такой человек, как Альтьери, захотел бы избавиться от жены, он избрал бы не такой зверский способ.

– А Раффаэле?

– Много лет не разговаривает с отцом. Насколько мне известно, у юноши расстроена психика, он то и дело ложится в клиники. В случившемся винит отца.

– А версия международного заговора?

– Какое-то время держалась, но потом рассыпалась за отсутствием доказательств.

– Никаких отпечатков, никаких следов на месте преступления?

– Хотя это и была бойня, убийцы действовали четко и аккуратно.

Даже если и не так, Маркус подумал, что убийство произошло в то время, когда расследования велись по старой схеме. Анализ ДНК только начинал использоваться в судебно-медицинской экспертизе. Кроме того, место преступления было «загрязнено» присутствием там ребенка в течение двух суток, а потом и вовсе навсегда уничтожено.

Маркус снова вспомнил о дубликате, который Раффаэле Альтьери воссоздал в надежде докопаться до правды. Девятнадцать лет назад невозможность сразу установить личность преступников неизбежно вела к тому, что следствие заходило в тупик. И установить мотив было много труднее, чем сейчас.

– Была и третья линия, так ведь?

Маркус об этом догадался: всплыл, наверное, в свое время какой-то мотив, из-за которого дело заинтересовало и их тоже.

Он не понимал, почему друг молчит об этом. А Клементе действительно попытался сменить тему:

– Послушай, но как это связано с Джеремией Смитом и исчезновением Лары?

– Я пока не знаю. Раффаэле Альтьери был ночью в квартире девушки, кто-то вызвал его туда письмом.

– Кто-то? Кто именно?

– Понятия не имею, но в квартире Лары я нашел Библию на полке с кулинарными книгами. Я не уловил аномалию при первом осмотре. Иногда нужна темнота, чтобы лучше разглядеть окружающее: поэтому я вернулся в квартиру.

Хотел восстановить те условия, в которых действовал Джеремия.

– Библия? – не понял Клементе.

– Там лежала закладка на Послании апостола Павла к фессалоникийцам: «День Господень так придет, как тать ночью…» Если бы это не звучало так абсурдно, я бы сказал, что кто-то оставил для нас послание именно затем, чтобы мы нашли Раффаэле Альтьери.

Клементе напрягся:

– Никто о нас не знает.

– Ну да, – отозвался Маркус. Никто, повторил про себя с горечью.