Сам себе властелин. Книга 5. Очень светлые неприятности

Играли в пляжный волейбол и футбол. Ловили дикого сорона, но безуспешно – птица легко убегала от нашей толпы, а потом насмешливо курлыкала из кустов. Построили на дереве площадку и ныряли с неё в озеро. Кроме мумия, разумеется. Старик сидел на бережку, хлебал из своей фляги и был счастлив. А джинн и монстр соревновались, кто больше брызг поднимет.

Уже вечером, в темноте, разожгли костёр. Джинн изобразил шашлык, пожалуй, лучший из того, что я пробовал. Неспешно беседовали, подначивали Сеню вопросами, куда в него столько еды влезает.

– А теперь наш подарок.

Гуго и Уру-Бука встали, сделав особенно торжественные лица.

– Особенный, ради торжественного случая. Все должны поклясться, что никому никогда не расскажут, что здесь произойдет.

Оба заговорщика подошли к каждому и взяли обещание хранить молчание. А затем дружно, будто репетировали заранее, свистнули.

– Это что?

– Неужели?

– Триста лет их не видел.

– Феи!

С деревьев к нам опускались яркие огоньки. Будто стая ночных светлячков. Но это были не «жучки», а крохотные девушки, не больше ладони, с прозрачными крыльями и в весьма фривольных купальниках.

– Ну что, мальчики, готовы повеселиться?

Глава 6

– Повеселимся, мальчики? – хором закричали крохотные девицы.

Я не успел ответить, как ближайшая фея бросила мне в лицо горсть золотистой пыли.

– Что? А? А… А-ха-ха-ха-ха!

Так беззаботно я не смеялся никогда. Будто кто-то невидимый щекотал меня пёрышком по всему телу. Смех выкатывался из меня так же легко, как и дыхание. Веселье, шипящее, как газировка, ударило в нос и покатилось хохотом над лесом.

Не знаю, сколько я так ухахатывался, но в какой-то момент почувствовал невообразимую лёгкость и воздушность, будто меня надули гелием, как шарик.

– Этот готов, – услышал я писк феечки над ухом. – Вира помалу!

Крохотные ручки ухватили меня за уши и потянули вверх.

– Э! Аха-ха-ха-ха! Куда вы меня?!

– Не дёргайся, дурачок, летать будем, – шепнул тоненький голосок.

И я полетел. Юху! До чего же здорово! Паришь, будто стал невесомым, хохочешь и кувыркаешься над озером. Ничего лучше я в своей жизни не испытывал.

Смех немного улёгся, и я смог рассмотреть других участников «вечеринки». Раскинув руки и ухахатываясь, летел Уру-Бука. Парил мумий с развевающимися бинтами.