Я буду любить тебя вечно

Первым желанием было отнести этот блокнот мужу и посоветоваться с ним, но далее шло предупреждение:

– Умоляю, никому не показывать этот дневник и не делайте поспешных выводов, пока не дочитаете его до конца.

Начало было очень интригующим. Иногда во мне просыпались дремлющие гены авантюристки, и я приняла решение выполнить волю обладательницы этих секретов.

Глава 1

Ночь – лучшая подруга беглецов. У вагона стояла странно одетая женщина, закутанная в платок так, что не видно было ее лица.

– Пожалуйста, разрешите доехать до ближайшего города. Я заплачу больше, чем стоит билет, – в ее голосе слышалось отчаяние, граничащее с обреченностью.

– Гражданка, поезд стоит полчаса. Еще успеете приобрести билет в кассе вокзала. Места есть, а я не хочу лишиться из-за Вас работы.

Проводница, тетка предпенсионного возраста, старательно игнорировала свои муки совести.

– У меня нет паспорта, – не унималась настырная безбилетница.

– А я здесь причем? Не мешайте работать! Проходите, пожалуйста! – пропустила железнодорожница пассажиров, проверив их документы.

– Мне остается только броситься под поезд! – заплакала странная особа.

– Эй, только без классики. Здесь Анны Каренины не нужны, потом всю жизнь с чувством вины жить из-за Вас!

Особа неопределенного возраста захлюпала носом.

– Наверное, сбежала от кого- то? – предположила проводница.

Ей нравилась эта работа, конечно, не из-за уборки вагона, а вот из-за таких историй, которыми обычно делятся словоохотливые пассажиры.

Не услышав ответа, выдвинула свою версию:

– Из секты что ли? Ладно, я никому не скажу. Если только не убила или ограбила. Иди в третье купе, там верхние полки свободны.

– Спасибо.

Счастливая пассажирка вспорхнула в вагон как молоденькая.

– Вечно я из-за своей доброты страдаю, – проворчала проводница, получив купюру, в пять раз превышающую стоимость билета.

Совесть ее была чиста: это гонорар за творческий подход к решению проблемы, человеку жизнь спасла.

В который раз Марина делала попытку сбежать от мужа. Было уже довольно поздно, поэтому свет в вагоне оказался приглушен. Она сняла свой платок, так искусно замаскировавший ее. И стало понятно, что девушке чуть больше тридцати лет.