Отпрыск рода Орловых. Том 2

Особенно тех, кто находится в услужении кланов.

– Кто сказал, что аристократом был мой отец? – прищурился я, усмехаясь.

– Оо-о-о, твоя мать… А как тогда…

– Леночка, давай не будем затрагивать эту щекотливую тему. Честно говоря, мне не очень хочется сейчас вдаваться в подробности и рассказывать тебе о своем рождении и трудном детстве. Да и согласись, мы еще не так близко знакомы, чтобы поднимать подобные темы.

– Ох, прости. Я действительно не подумала. Просто мне очень любопытно узнать из первых уст, как живут такие как ты.

– Глазастая какая. Все подметила.

– Извини, я просто, когда нервничаю, всегда болтать начинаю. Ты представляешь как все девчонки обзавидуются, когда узнают, что я была с тобой на свидании.

Свидании, значит, ну что ж…

Пока Елена говорила, я прикончил последний пирожок и уставился на девушку.

– Куда дальше?

– Я бы сказала, но лучше промолчу. Приличным девушкам такое предлагать не полагается.

– Хе-х, намек понят и одобрен, – я поднялся из-за стола, – Вашу ручку, красавица.

Елена тут же вложила в мою протянутую ладонь свои тонкие пальчики, и я потянул ее в сторону лестницы.

Девушка оказалась очень нетерпеливой. Как только за нами захлопнулась дверь номера, Елена сразу же прижалась ко мне, закинув руки на шею и призывно улыбнулась.

Поцелуй вышел требовательным, горячим и ненасытным. Я завелся с пол-оборота, чувствуя под своими ладонями нежное, женское тело.

Почувствовав, как кончик горячего языка внезапно коснулся моей нижней губы, практически зарычал, подталкивая девушку к кровати.

Стон вырвался из горла Елены, когда наши языки соприкоснулись и начали бороться за доминирование. Девчонка оказалась огонь. Она не желала уступать мне ни в чем, страстно отвечая на любое мое прикосновение.

Почувствовав между нами небольшое расстояние, ухватился за белоснежную рубашку и притянул девушку ближе, а затем пробежался ладонью по груди и животу, чтобы в итоге спуститься на упругую задницу и крепко сжать.

Второй рукой попытался расстегнуть оставшиеся пуговицы на рубашке, но потерпел неудачу, поэтому не стал миндальничать, рванув ткань в сторону, и предоставляя себе доступ к оголившейся коже.