Колдун поневоле. Первые шаги

– Еще одна. Явилась не запылилась. Что, ведьма, залечишь до смерти? Такая как ты может.

Заметил, как дернулась щека женщины, а в глазах промелькнула растерянность, а затем вспыхнула алой искрой злость, но через мгновение, на лицо доктора вернулась спокойная, равнодушная маска.

Дедок-то, не так прост, как казался на первый взгляд, да и не сумасшедший вовсе. Все тут завязано в один запутанный клубок, кончики которого надежно спрятаны, фиг размотаешь. Хотелось бы разобраться что к чему, да спросить не у кого.

Где-то глубоко внутри осталось совсем небольшое, но довольно весомое сомнение в собственной вменяемости.

Вдруг я и правда, того?

Не-е-т.

Прежде, чем задавать вопросы, необходимо попытаться самостоятельно хоть что-то выяснить.

Последующие два дня прошли для меня как в аду. Дед постоянно ругался и угрожал. Даже ночью пришлось спать в полглаза, боясь, что старый черт решит на самом деле меня грохнуть. Задайся он такой целью и никакое сломанное бедро не помешало бы старому маразматику добиться своей цели, в этом я был уверен.

Во время выписки, Ольга Николаевна извиняюще улыбнулась и протянула больничный лист. Пообещав доктору соблюдать все рекомендации, я покинул леченое заведение, успев сказать напоследок:

– Знаете, я абсолютно уверен, что в скором времени мы с вами обязательно встретимся, – и подмигнул, оставив женщину в полнейшем замешательстве.

Последующие несколько дней провел дома, приводя в порядок мысли и чувства. Отпуск закончился, зато теперь у меня был больничный.

Я не просто бродил по улицам. Я – наблюдал. Смотрел на мимо проходящих людей; на мамочек, гуляющих с детьми; старушек, сидящих на скамейках и перемалывающих косточки соседям; на подростков, кучкующихся в темных уголках аллей – и не видел, ровным счетом, НИЧЕГО.

Не было ни вспыхивающего яркого света, ни странных запахов.

Я больше расстроился, чем обрадовался данному факту. Казалось, что краем сознания я коснулся чего-то волшебного, неизведанного, находящегося за гранью, того, что открывается далеко не всем. Создалось ощущение, что мне дали конфетку и тут же ее отобрали, не дав насладиться прекрасным вкусом.

Зато, я заметил кое-что другое. Даже не заметил, скорее почувствовал.