Колдун поневоле. Изморозь

Орк кивнул и снова скрылся из вида, а я стал пристально рассматривать Щуплого. Что-то в нем неуловимо изменилось. Вот так с первого взгляда и не скажешь, но, если хорошенько присмотреться, можно заметить как распрямилась немного сутулая до этого спина, руки стали мощнее, в глазах появился странный блеск, а от всей его фигуры повеяло абсолютной уверенностью и превосходством.

– Как ты это сделал? – спросил сокамерник.

– Что сделал?

– А ты не понял? Разблокировал мои способности! Иначе как бы я смог управлять своей энергией?

– Е-мае! Это что же такого я наворотил?

– Даже не представляю, но знаю только одно, что буду благодарен тебе по гроб жизни.

– Вот это я зажег! Ты же понимаешь, что придется все держать в тайне и играть прежнюю роль перед охранниками? Надеюсь, ты не помчишься сейчас демонстрировать свою силу и раскидывать тюремщиков направо и налево.

– Я что, похож на дурака?

– Не особо.

– Ну так и не говори ерунды.

– Никогда не думал, что смогу вернуть чьи-то угнетенные способности. Знаешь, у меня была идея раздобыть несколько ограждающих браслетов для тебя, Утеса и Ракеты, но это были только мысли, без четкого плана, так, лишь мысленные наброски.

– Что? Ты действительно хотел ограбить охранников? Ты понимаешь, что пришлось бы их убить? По-другому заполучить браслеты все равно не получилось бы.

– Угу. Зато теперь они нам не нужны, так как я знаю, как самому сделать разблокировку.

Поморщился от представшей перед глазами картины.

Переживать заново подобное не хотелось, и так чуть не отправился на тот свет, но выхода не было. Если идти, то только до конца. К тому же, теперь у меня был Щуплый, который в любое время мог подстраховать.

– Давай вернемся к нашим баранам. Клятва, насколько я понял, сработала. Теперь мне нужно знать, за что ты и Утес сюда загремели.

– Убил парочку людей.

– Жалеешь?

– Нет. Повторись все сначала, поступил бы так же.

– Хм-мм. Подробнее можешь?

Вампир поднялся и начал расхаживать по камере. Было заметно, что разговор его напрягает, но он понимал, что открыться передо мной ему все равно придется.

– Не люблю вспоминать. Как по сердцу ножом.

Я молча ждал продолжения, стараясь не давить на сокамерника.

– Знаешь, что было – то было.