Колдун поневоле. Изморозь

Смогут уйти от погони и выжить, в розыск никто подавать не будет. Напишут рапорт о смерти и все дела. Только сдается мне, никто за три года, что проводились эти «бега», на волю так и не выбрался. У Топорина всегда слишком довольная морда после охоты, чтобы допустить возможность провала его сотрудников.

Почесал репу, обдумывая слова вампира.

– Допустим, убежать никто не смог, всех взяли. Что с этой пятёркой станет после поимки?

– Ловкач, ты что плохо слышал? ОХОТА! Их как диких зверей гнать будут, и я очень надеюсь, что умрут они быстро – от пули или ножа, а не попадут в подвалы к садисту-ублюдку.

– Погоди. Ты говоришь, подобные забеги каждое воскресенье проводят? Это же получается, что за месяц двадцать парней исчезает. Как начальство отчитывается за их пропажу? Такое же невозможно скрыть.

– Ты еще не понял. Здесь свои законы и всем плевать, что скажут наверху. Наверняка у Топорина есть прикрытие наверху и очень хорошее.

– Ты уверен, что никому не удавалось обмануть охрану и скрыться?

– Не уверен, если такое и произошло когда-то, нам точно не скажут.

– Но такими темпами, тюрьма за пару лет опустеет.

– Как бы не так. У нас каждый день новоприбывшие. Тут как конвейер: кто-то приходит, кто-то уходит, а кто-то дохнет под шумок, да и не всегда пятерку забирают, чаще по двое-трое уводят.

– Щуплый, но ведь те, кто выходит, отсидев свой срок, неужели молчат? Почему никто ни разу не ходил в ДМБ и не жаловаться на беспредел в колонии?

– Ха-ха-ха! Откуда ты такой наивный взялся?

Хотел ответить, что из того же самого ДМБ, но не стал, лишь буркнул.

– Откуда надо.

– Кто поверит бывшему уголовнику? Да и знаешь, жить всем охота, раскроешь рот, а потом тебя в темном переулке придушат по-тихому.

– Но ведь проверки тут бывают? – никак не мог успокоиться я.

– Конечно, как и положено раз в полгода. Только никто никогда ничего противозаконного не находил. Вон, три года назад Сирин не выдержал издевательств, положил несколько ублюдков-охранников, оружие забрал и Топорина в заложники взял. Специально живым оставил, ждал, когда приедут на захват, надеялся на чистую воду гада вывести.