Хищники жаждут ночи

Вот только в чём разница у них, не понимаю…

Мне просто не хотелось в это ввязываться. Но пришлось.

– Что в этой книге? – Тыкнула я на Владыкан, не отрывая взгляда от девочки. – О чём она гласит?

– Эрей Валерия – Явление и спаситель, – ответила та дрожащим голоском.

– Но ведь это всего лишь книга, написанная человеком, ведь так? – Выпалила я, и продолжила уверенно; – А знаете ли вы, верующие в Явление, что и Авель и Валерия были вместе, и вместе были Явлением. Как вам такое?

Послушницы молчали, бабульки тоже.

Я рассказала им свою историю, от появления владык на Земле до их гибели в этом мире. Без подробностей и отвлечений, просто конкретно, без излишеств и пафоса. Всё, как помню. Рассказывая, я будто обнажала собственную память для себя самой, осмысливала всё заново и вскоре поняла, что слёзы сыплются из моих глаз.

Монашки слушали, раскрыв рот, практически не дышали, лишь изредка шмыгали.

К концу мне было уже не важно, сожгут меня на костре, или просто поколотят.

Закончив, получила молчаливую паузу в ответ, длиною в вечность. И не сумев выдержать более минуты, спустилась с трибуны и пошла через толпу на выход.

Уже во дворе меня окликнула Катерина.

– Матушка, откуда вы всё это знаете? – Раздался из уст пытливой монашки вопрос.

– Оттуда девочка, что я и есть Эрей Валерия, – ответила ей, не оборачиваясь, и пошла в сторону леса. Мне нужно было отдышаться и побыть одной.

Но этому не суждено было случиться. Толпа разъярённых монашек набросилась со всех сторон, застав врасплох!

– Это приспешница Клесаны, посланник зла, вяжите её! – Кричала разъярённая Флоренция.

Меня облепили и стали хватать тощие цепкие лапки! Я пыталась вырваться, толкалась, но они были, как назойливые жуки. Обезумевшая толпа, безмозглое стадо! Ходячие зомби!

Где – то позади рыдала Катерина. А потом вдруг вскрикнула. Я резко толкнула очередную девочку и рванулась в образовавшуюся брешь, воспользовавшись замешательством.

Как оказалось, в монастыре был цокольный этаж, а ещё ниже – тюремные подвалы, куда меня и приволокли. Бросили в камеру и закрыли за собой решётчатую калитку с мерзким скрипом и фразой:

– Гореть тебе на Чёрном континенте, нечестивая.