Девочка Палача

Я подскакиваю, сердце колотится в горле.

«Денис?», – вспыхивает в голове, и мне становится жутко.

– Открой, мерзавка! – раздается приглушенный дверью женский голос.

Она что здесь забыла? Совсем спятила? Я сижу в ванной и игнорирую все нарастающий тарарам.

Она долбит в дверь руками и ногами. У соседей сверху орет разбуженный ребенок, лают все собаки, которые живут на лестничной клетке. Сейчас кто-то вызовет полицию, и станет еще хуже.

Я сжимаю пальцы в кулаки и иду в прихожую. Верчу ручку замка и открываю дверь, сделав глубокий вдох, словно перед погружением в прорубь.

Она залетает в квартиру, размахивается и отвешивает мне хлесткую пощечину. Щека тут же загорается, но я просто стою и смотрю на нее.

– Мама, – срывается с моих губ давно забытое слово.

Глава 6. Ваня

Член в ее присутствии всегда стоит. Чертова выученная реакция. Словно и не было всех лет. Словно только вчера я впервые поцеловал ее в одной из подсобок частных школ. На хер я тогда это сделал? Тысячу раз задавал себе этот вопрос.

Вероника смотрит на меня слишком жадно для жертвы. Когда-нибудь я отпущу ее. Она найдет достойного мужчину, а не такого ублюдка, как я. Будет жить счастливо, перестанет злиться и объяснит Алисе, как все было на самом деле. А пока я смотрю, как она стягивает с меня боксеры, высвобождая член, который тут же становится колом перед ее лицом. Давай, Вероника, не тяни.

Она обхватывает ладонями у самого основания, придвигается ближе, проводит языком по кругу и, наконец, обхватывает его губами. Вот так, давай. Заткни свой рот, потому что столько дерьма в моей жизни произошло именно из-за твоего поганого языка, ты, сучка, и представить себе не можешь.

Вероника сосет, помогая себе руками, оставляя следы от бордовой помады на моей коже, даже в таком положении с вызовом заглядывая в мои глаза. За это я ее любил: за вызов, за постоянное неявное, но вполне ощутимое сопротивление.

Дрожь по телу проходит не от ее действий, а от моих мыслей. Зачем я это вспоминаю? Чтобы доказать себе, что, кроме херова стояка, ничего не осталось?

Она причмокивает, тянется рукой к моим яйцам, зная все мои слабости, сжимает их слегка, перекатывает в руке, едва ощутимо царапает ноготочками, и стон срывается с моих губ.

Крик в голове раздается резче, чем обычно. Выедает болью черепную коробку, разрывается осколочными.