Забытые хроники. Падший

– Вам что-то нужно? – спросил он.

– Я собираюсь встретиться с нашим врагом, – сухо произнес правитель.

Дорвн тут же вскочил с места. Правитель только что прямым текстом сказал, что собирается умереть. Это безумие.

– Что? Зачем?!

– Сядь.

Мужчина послушно сел.

– Ты помнишь тот день, Дорвн? День, когда я потерял почти всех своих детей? – спросил Мыслитель и, не дождавшись ответа, продолжил: – Если бы я только знал о надвигающейся угрозе, то я бы немедленно покинул город. Риена, Кальд, Вадрак, Маттин… Все они были бы живы.

– Мы защитим вас, – вставил регтал. – Капитаны и солдаты встанут стеной за вас, правитель.

– Нет, – покачал головой старик. – Вы просто умрёте. Какая же это защита? Это оттягивание неизбежного путём принесения ненужных жертв.

– Можно попросить помощи…

– У кого? – Мыслитель устало посмотрел в окно. – Нет больше никого, кто мог бы помочь. Прежде, чем покинуть Кволсту, я хочу, чтобы ты на какое-то время запер мою дочь в комнате Уединения.

– Я не могу вас…

– Дорвн, если ты не хочешь слушать друга, то мне придётся приказать тебе, как правителю Кволсты, – старик мрачно взглянул на мужчину.

Дорвн скрипнул зубами.

– Проклятье, – произнёс он. Как друг он мог оспорить решение старика, но как регтал Дорвн вынужден подчиниться.

Мыслитель пожал плечами. Он прекрасно понимал, что чувствует Дорвн.

– Отправляюсь я прямо сейчас. Если Прилона узнает, не смей выпускать её из города.

– Хорошо.

Регтал встал. Он сжал кулаки и стиснул зубы, тем самым показывая своё недовольство.

– Не волнуйся, мой друг, – Мыслитель подошёл к нему, положил руку на плечо и улыбнулся. – Мне приходится это делать не потому, что я тороплюсь на тот свет.

– Знаю, – по мужчине стало заметно, что он немного расслабился. – Вы отправляетесь один, я так понимаю?

– Разумеется, – кивнул Мыслитель.

– Что ж, тогда я подготовлю для вас всё необходимое.

– Нет смысла, – усмехнулся старик. – Это не прогулка по лесу.

И хотя он принял такое решение, сейчас он вдруг почувствовал, как ему не хочется уходить. Возможно, виной тому был прямой взгляд Дорвна, возможно, сам момент, а может, всё из-за воспоминаний, связанных с Кволстой. За его спиной немало прожитых лет и переживаний. Но решение принято, и отступать Мыслитель не собирался.